Читать «Критика психополитического разума. От самоотчуждения выгоревшего индивида к новым стилям жизни» онлайн
Алексей Евгеньевич Соловьев
Страница 16 из 120
Вывернув наизнанку идеологический конструкт предпринимателя самого себя, мы получим три основных агрегатных состояния, чередование которых даст нам понимание того, из чего соткан способ управления и конституирование современного субъекта, воспринимающего императив «ты можешь» в качестве напутствия для построения жизни как успешного бизнес-проекта.
От человека-сенсора к mind worker и обратно
Говоря о производстве субъективности как сочетания преобладающего экономического режима в организации персонального существования (сам термин «селф-менеджмент» отсылает именно к такому типу управления – в духе управления предприятием, проектом или продуктом), микрофизики власти и стиля самоинтерпретации, основным содержанием внутренней жизни выступает сознательная активность с акцентом на когнитивный труд, в диапазоне от компульсивного реагирования на гиперстимуляцию цифровой среды в форме сенсорной активности (тапанье хомяка или просмотр роликов в TikTok) до более сложных форм ментальной работы. Диапазон траекторий субъективации в этом режиме варьируется от застрявшего в петле обратной связи человека-сенсора, интенциональность сознания которого близка к гипнотическому трансу, до гиперрационального mind worker, сознание которого подобно высокофункциональной напряженности работника фастфуда, как в McDonald’s.
Антропологическая траектория человека-сенсора представляет максимальное устранение субъектности и превращение человека в чуть более сложно организованную собаку Павлова. Он реагирует на бесчисленные потоки стимулов и встроен в потоки производства-потребления товаров, услуг, контента, туристических мест, развлечений и прочего, подобно части гигантского кордицепса из «Одни из нас». Человек-сенсор находится в потоке реакций, исключающих рефлексию и осмысление себя в качестве автономного субъекта – того, кто способен осознавать свои потребности, ценности и желания, чтобы осуществлять свободный выбор.
Он словно приклеен к потокам данных, которые почти безостановочно фиксирует его мозг с непродолжительными перерывами на сон, кормление и такую же сенсорную работу. Всякий раз, как только возникает пауза в ощупывании «зрительными псевдоподиями» цифрового интерфейса, которая может привести к осмыслению себя или происходящего, сенсор возвращается к своей базовой форме существования – скольжению взгляда в пределах экрана цифрового устройства, скроллингу лент соцсетей и другим формам реактивного поведения в кибернетической вселенной. Сознание такого человека похоже на калейдоскоп коротких ярких видео, которые быстро вспыхивают и столь же быстро затухают. Бессвязные фрагменты образов, составленные, как пазл, из обрывков чьей-то реальности и симулякров, заполняют пустоту и бессмыслицу внутреннего мира продуктами чужой жизнедеятельности.
В более сложно организованном режиме mind worker включен в ментальное производство самого себя под лозунгом повышения личной продуктивности, формирования конкурентных преимуществ в жестокой борьбе в условиях рыночного общества. Когнитариат, изначально возникший как средний класс узкопрофильных специалистов, обладающих определенными знаниями и квалификацией, в современной версии превратился в mind worker, то есть субъекта, чье сознание непрерывно включено в решение задач по капитализации своих когнитивных способностей, навыков и талантов. Он рационально использует время всей своей жизни для прокачки и капитализации когнитивных способностей. Вследствие чего человек оккупирует свою внутреннюю жизнь, подчиняя ее идеалу нейрофизически активного гражданина, вторящего рэперу Jay-Z: «Я не бизнесмен, я и есть бизнес»[37].
Непрерывное производство гибкой идентичности в логике общества достижений разворачивается в динамике постоянного возобновления субъектности, размываемой изнутри и снаружи самой средой текучей современности. Ричард Сеннет описывает идеализированного героя нового капитализма, который реализует свои цели и амбиции в культурных условиях, отличающихся фрагментарностью и нестабильностью. Такая среда благоволит процветанию только определенного типа людей с особой конституцией характера. Этот/эта идеализированный(-ая) мужчина/женщина должен/должна уметь решать три основных задачи: 1) ловко управлять временем на коротких дистанциях, уверенно контролируя себя при переходе от задачи к задаче, от проекта к проекту и мобильно перемещаясь с места на место как в реальном, так и в цифровом пространстве; 2) гибко переключаться по мере изменения реальности, раскрывая способности и развивая новые навыки, которые не имеют отношения к реальной компетентности, а скорее связаны с умением упаковывать себя под нужды и тренды времени; 3) обнулять свои достижения без сожаления и начинать с чистого листа, не цепляясь за накопленный опыт и достижения, быть гипергибким, открытым новому и не оглядываться назад[38].
Гибкая идентичность нового субъекта конгруэнтна текучей современности с ее бесконечными флуктуациями, нелинейным развитием, хрупкостью и неопределенностью, а также активно сочетается с продвижением нейропластичности как нового решения всех экзистенциальных проблем человека и способа удержать рациональность в условиях нестабильности. Повседневная практика жизни в режиме mind worker соткана из взаимодействия с информационными технологиями, негласного социального требования постоянного саморазвития и необходимости непрерывного обучения. Непрерывно обучающийся (lifelong learning), озабоченный постоянным прокачиванием жестких и мягких навыков (hard and soft skills); вновь и вновь повышающий и/или меняющий квалификацию; занятый улучшением личной продуктивности; борющийся с прокрастинацией и другими вредными привычками ради личной эффективности; готовый следовать заветам Илона Маска о необходимости работать по 100 часов в неделю ради успешного успеха; озадаченный планированием времени жизни с точки зрения его рационального использования; постоянно инвестирующий все имеющиеся ресурсы в саморазвитие. Или, по выражению Венди Браун, «трансформирующий любую человеческую потребность или стремление в прибыльное предприятие».
Mind worker не просто занят производством и потреблением информационных продуктов, приложений и сервисов, созданием и продюсированием онлайн-школ, но также, как тонко отметил Марк Фишер, работает на интернет-платформы в якобы свободное от «настоящей работы» время, зависая в соцсетях и производя/потребляя контент. Специфическое проникновение (цифровизация жизни) в сферу досуга и свободного времени, отдыха и удовольствия, частных коммуникаций и всего, что некогда было «личным делом каждого», практически исключает то внутреннее пространство и время по-настоящему частной жизни, где существовала свобода проживать свою собственную жизнь.
В итоге, независимо от уровня развития, имеющихся привилегий, наличия или отсутствия стартового капитала и мотивации к достижению успеха, конструирование субъективности в первичном агрегатном состоянии напоминает запущенный во внутренней жизни конвейер, где полезное или бесполезное время жизни предполагает активное состояние с той лишь разницей, что целеполагание mind worker вскормлено нарративами об успехе и саморазвитии, а бесцельная прострация человека-сенсора оказывается уделом тех, кто не вывозит перфекционистские ожидания в духе времени, требующем жить на пределе когнитивной нагрузки.
Проектируемый потребитель возможностей. Утрата границы между реальным и воображаемым
Культурный ландшафт капитализма возможностей смещает акценты с производства товаров и услуг на производство стилей жизни. Говоря о неолиберальном селф-менеджменте в этом контексте, стоит прояснить взаимосвязь управления субъективностью с проектированием потребительского опыта и связанным с ним управлением продуктом (product management). Осваивающий новые знания в процессе непрерывного обучения, прокачивающий полезные привычки и повышающий личную продуктивность, mind worker оказывается также и потребителем различных товаров, услуг,