Читать «Бывшая жена. Научусь летать без тебя» онлайн

Элли Лартер

Страница 45 из 49

самолете врезалась птица, удар оказался сильным, самолет начал падать. Мне удалось вывести его на луг вместо скал, и таким образом выжить, но мое состояние оценивалось как тяжелое. Врачам пришлось ввести меня в медикаментозную кому, чтобы организму было проще сконцентрировать свои ресурсы на исцелении. Когда несколько дней спустя я пришла в себя, выяснилось, что у меня ретроградная амнезия. Я забыла две недели своей жизни. В том числе — измену своего мужа.

В этот момент, разумеется, по залу пролетает гул перешептываний, затворы камер начинают щелкать усерднее.

Я ждала такой реакции, она меня не удивляет.

Но сейчас очень важно сместить фокус с личного на профессиональное, рабочее.

Я продолжаю:

— Еще до моей болезни мой муж, Подольский Роман Витальевич, начал воплощать план по захвату авиакомпании «BlueSky Voyages», которая была основана моим отцом и передана после его смерти мне и моей сестре Агнии. Обманом и давлением он выкупил акции нашей дочери, пытался выкупить акции нашего сына, а также начал присвоение части акций моей сестры. Роман рассчитывал получить контрольный пакет акций — не менее пятидесяти одного процента, — чтобы единолично руководить компанией и уволить меня. Однако у него ничего не получилось — и не получится. Скоро начнутся суды, мы вернем утраченную часть акций в семью, а Роман будет исключен из совета директоров и лишен права как-либо участвовать в жизни «BlueSky Voyages». Параллельно будет идти и бракоразводный процесс, который поставит точку в отношениях, которые закончились предательством с его стороны.

В общем-то, на этом я заканчиваю свою основную речь, и журналисты начинают задавать вопросы.

Они спрашивают про мое здоровье.

Про то, что стало с моим самолетом.

Про то, есть ли риски, что авиакомпания все-таки достанется Роману.

Про то, какие планы у «BlueSky Voyages» в принципе: новые направления, проекты, пополнение парка.

Конечно, спрашивают и про то, не считаю ли я поступки дочери и сестры предательством, ведь они обе поначалу встали на сторону моего мужа.

— Нет, не считаю, — отвечаю я честно. — И с дочерью, и с сестрой у меня были натянутые отношения. Личные драмы, которые тянулись годами и в которых мы все трое были виноваты. Но теперь все позади. Моя болезнь помирила и сплотила нас, все обиды забыты. Теперь мы — единый фронт, дружная семья, где все друг друга любят и уважают. И мы не позволим Роману забрать наш семейный бизнес, наше наследие, наследие моего отца...

Я смотрю на сестру и детей: они улыбаются.

Я тоже улыбаюсь, уверенная, что мы победим!

56 глава РОМАН

— Ты ушел и даже не сказал, куда! — возмущается Лина, как только я переступаю порог дома. — А я ведь делала тест на беременность! А ты... ты... что с тобой?! — увидев, что я явно не в порядке, она резко меняет настрой, испуганно подскакивая ко мне: — Тебя что, избили?! Ты... ты подрался?! Со своим другом, да?! С тем, что натравил на тебя налоговую?!

— Я всегда знал, что ты у меня умная девочка, — фыркаю я, с трудом переставляя ноги.

Да, мы с Володькой подрались.

Прямо там, в его офисе.

Сотрудники, работавшие в соседних кабинетах бизнес-центра, были сильно шокированы, когда сбежались на шум и увидели, как два здоровенных лба, два уважаемых инвестора, два близких друга катаются по полу, вцепившись друг другу в горло.

Мы дрались неистово, как подростки.

Били друг друга кулаками и всем, что попадалось под руку.

Наверное, со стороны это даже выглядело забавно. И я, и он дожили до седых волос, но не дрались с юношеских лет, были примерными семьянинами, серьезными бизнесменами, уважаемыми людьми... мы банально не умели драться, делали все инстинктивно, по наитию, нелепо, странно, смешно.

Почему мы вообще сорвались с цепи... и из-за чего?! Точнее — из-за кого?! Из-за одной девчонки, которую я забрал себе первым, а он не смог смириться, не смог вытерпеть, чтобы не попробовать переманить ее!

Я в этом не виноват.

Да и Лина не виновата: она вела себя пристойно, не флиртовала с ним, не давала надежд.

Но Володька почему-то решил, что ему можно.

И что шанс заполучить Лину — ценнее, чем многолетняя дружба со мной.

Разве не идиот?!

Я сильно его побил, вполне возможно, что даже сломал ему нос... по крайней мере, треск был знатный!

Но и он меня покалечил не меньше: на лице кровь, челюсть болит, правый глаз окружен синяком и отеком, одежда порвалась...

Лина, увидев меня таким, ужасается:

— Ты что, совсем с ума сошел?! Зачем?!

— Затем, что он полез сначала к тебе, а потом к моему бизнесу! С ума здесь он сошел, а не я!

— Я понимаю, что тебе неприятно, но почему нельзя было держаться достойно?! Наверняка все смеялись и снимали!

— Мне плевать!

— Да, но наверняка это появится в прессе! Не стыдно?! Тебе же нужна хорошая репутация перед судами! А еще... еще... ты скоро станешь отцом! И для твоего будущего ребенка это тоже не самый лучший пример!

Я замираю, а потом переспрашиваю:

— Значит, ты все-таки беременна?!

— Да.

Разговор сразу меняет тему.

— Но почему ты с такой уверенностью говоришь, что это мой ребенок?! — спрашиваю я недоверчиво. — Ты сама сказала, что не знаешь точно...

— Я развожусь с Саввой, помнишь?! — почти выкрикивает она. — И у нас с ним был всего один секс, который попадает под даты зачатия! А с тобой — трижды!

— И на основе этого ты сделала вывод о том, что отец — я?! — приподнимаю бровь.

— Да! — рычит Лина в отчаянии. — А что, если и нет?! Бросишь меня с маленьким ребенком?!

— Тебя никто не заставлял спать с мужем, когда ты его уже не любила и планировала вот-вот развестись!

— Думаешь, мне было приятно соглашаться на это?!

— Думаю, что ты легко могла ему отказывать!

— Ты... ты... обвиняешь меня в том, что я по доброй воле спала с ним?! — на ее ресницах дрожат слезы.

— Ну, он же тебя не насиловал, верно?! — фыркаю я.

— Нет, но... черт! Да пошел ты, Рома!

Она впервые за очень долгое время называет меня по имени — и это откровенно терзает уши.

Но я не собираюсь воспитывать чужого ребенка, и мой голос звучит непреклонно:

— Ты должна узнать наверняка. Сделать тест на отцовство.

— Но срок еще слишком маленький... пока нельзя, — лепечет она.

— Значит, потом, когда это будет возможно.

— Ну ты и урод! А ведь я могла бы легко сказать тебе, что это твой ребенок, что