Читать «Военная доктрина Красной Армии» онлайн

что не можем доказать нашим соседям искренность наших мирных настроений. Мы бессильны их убедить, раз всякий шаг, всякое выступление истолковываются в обратном, враждебном для нас смысле. Приведу пример. Вы помните, что прошлой весной мы призвали только часть контингента, а призыв остальной части отсрочили до осени. Для всех ясно, что в течение всего лета мы имели армию на 100 тыс. меньшую, чем полагалось по штатам. И, несмотря на это, в английской газете «Морнинг пост» в то же самое время появляется статья под многоговорящим заглавием: «Московский милитаризм». Стоит только кому-нибудь из наших товарищей сделать замечание о необходимости внимания делу обороны Союза, как сейчас же в иностранной печати появляется ряд статей, указывающих на приготовления к войне со стороны СССР. Если воинственных стремлений никак не отыщешь, то делается примечание, что этот мирный тон специально взят для того, чтобы скрыть воинственные намерения, и т. д. до бесконечности. При таком положении, конечно, нам невозможно убедить иностранные державы в наших мирных стремлениях.

Но ведь имеется достаточно надежный путь для того, чтобы выяснить истинное положение дела. Это путь изучения фактов и цифр.

Мы имеем в своем распоряжении, на основе и наших, и иностранных статистических изданий, данные о количестве вооруженных сил, какими располагает то или другое государство. Сопоставление этих цифр с цифрами вооруженных сил нашего Союза может дать наглядное, яркое, вполне объективное доказательство того, где следует искать истинных виновников милитаризма.

Остановимся на этих фактах и цифрах.

Вы знаете, что в 1914 г., перед началом империалистической войны, буржуазная пресса стран Антанты, разогревая патриотические чувства своего населения, уверяла, что стоит только расправиться с германским империализмом, как бремя милитаризма исчезнет.

Что же мы видим на самом деле?

В 1913 г., в момент наивысшего расцвета довоенного милитаризма, по главнейшим странам мира стояло под ружьем 5759 тыс. человек. В 1925 г. стоит под ружьем 5232 тыс. человек, не считая вооруженных сил ряда вновь возникших государств (например, Ирак, Сирия, собственно Аравия, Северный Марокко и пр.) и не считая минимум миллиона солдат, находящихся под ружьем в распоряжении не подчиняющихся центральному пекинскому правительству дудзюнов отдельных китайских провинций.

Если мы учтем, что в цифру 5759 тыс. входили, во-первых, 1129 тыс. солдат, принадлежавших к побежденным в империалистической войне государствам (Германия, Австро-Венгрия и Болгария), имеющим теперь 198 тыс. солдат, т. е. на 931 тыс. меньше, и, во-вторых, 1350 тыс. солдат старой, царской России, вместо которых мы имеем в Советском Союзе 562 тыс. человек, то увидим, что страны-победительницы и нейтральные в силу нарастающих новых противоречий увеличили свои армии на 1192 тыс. человек.

Если рассмотрим военные бюджеты главнейших государств за то же время, то и здесь увидим такую же картину. Военные бюджеты главнейших стран в 1912 г. составляли 4744 млн руб. (вместе с Россией). Расход этих же государств в 1924/25 г. дает цифру 5300 млн руб., т. е. увеличение на 556 млн руб.

Если и здесь мы учтем значительное уменьшение военных бюджетов Германии и Союза Советских Республик, то увидим, что расходы остальных государств увеличились на 1442 млн руб. Этих двух справок достаточно для того, чтобы показать, насколько фальшиво звучат речи буржуазных пацифистов о сокращении бремени милитаризма в буржуазных странах после разгрома Германии.

Возьмем отдельно расходы по морскому флоту. В 1913 г. морской бюджет семи главнейших морских держав составлял 100 500 тыс. ф. ст. На 1925 г. он равняется 230 600 тыс. ф. ст. Разница довольно внушительная. В это же время военно-морской бюджет СССР сократился до 3400 тыс. ф. ст. с 26 млн ф. ст. военно-морского бюджета царской России на 1913 г.

В полном соответствии с этим стоят и морские судостроительные программы крупнейших буржуазных государств. Несмотря на соглашение 1922 г. в Вашингтоне, ограничившее морские вооружения, фактически развертывается та же самая, если не большая, судостроительная горячка с той лишь разницей, что взамен запрещенных крупных судов усиленно строятся суда меньшего тоннажа (крейсеры, миноносцы, подводные лодки и пр.), а также морской воздушный флот. О размерах этих вооружений можно судить по следующей справке: в текущем году пятью сильнейшими морскими державами (Англия, США, Франция, Япония и Италия) строятся 87 различных судов, и решено строить 181 судно, т. е. вместе – 268 судов. Что касается нас, то, к сожалению, ни одного нового судна мы не строили и не строим, а до сих пор ограничивались лишь ремонтом имеющихся.

Данные о воздушном флоте говорят то же самое. В настоящий момент можно дать следующую справку о военно-воздушных силах главнейших государств: Франция – 6114 самолетов, Англия – 3460, Италия – 1700, США – 3800, Польша – 498, Румыния – 257.

О численности нашего Красного воздушного флота я умолчу и скажу лишь, что, к сожалению, она очень немногим отличается от численности воздушных сил наших ближайших западных соседей.

Численность сухопутной Красной Армии без морского флота равна 529 тыс. человек. Это на 183 тыс. человек меньше, чем у Франции, и на 17 тыс. человек меньше, чем у наших ближайших западных соседей (Польши, Румынии и Прибалтийских стран), взятых вместе.

Еще несколько справок, доказывающих «рост красного империализма». На каждые 10 тыс. жителей содержат: СССР – 41 солдата, Румыния и Польша – около 100, Франция без колоний – 200 и т. д., т. е. западноевропейские государства – от 3 до 5 раз больше, нежели мы. В отношении площади на 1 тыс. кв. км содержится: у нас – 27 солдат, у Румынии – 560, у Польши – 700, т. е. в 25 раз больше, чем у нас.

Наконец, в то время как тяготы по содержанию армии у нас на душу населения не достигают и 3 руб., в Прибалтийских странах они доходят до 7 руб., в Польше – до 11, а во Франции – до 14 руб.

Оглашенные мною цифры с очевидной убедительностью докапывают, что ни о каком «красном империализме» не может быть и речи. Мы абсолютно и относительно тратим на военное дело меньше, чем все крупные буржуазные государства, а относительно мы тратим даже гораздо меньше, чем самые мелкие буржуазные государства. Так обстоит дело с нашим «красным советским империализмом».

Подводя итоги сказанному, я должен отметить, что все-таки ним следует учесть значение тех данных, какие я вам огласил: нам следует учесть тот процесс, который совершается за пределами Советской земли, и надо, безусловно, гораздо большее внимание уделить вопросу обороны страны, чем это делалось до сих пор. Надо помнить, что одной из самых надежных гарантий мира является не только наша миролюбивая политика, но и сильная, мощная Красная Армия. Чем крепче будет наш красноармейский кулак, тем больше будет у рабочих и крестьян нашего Союза оснований для уверенности в том, что их мирный труд не будет нарушен, тем меньше будет охотников впутываться в наши