Читать «Ван Ван из Чайны 4» онлайн

это общедомовой сток, их прямая обязанность. Кто так вообще проектирует?

Вот она, та грань, которая отделяет элитное от просто дорогущего — «элитность» это не только и не столько про деньги, сколько про качество жизни в целом. «Элитное» — это когда за деньги ты получаешь полнейшее отсутствие проблем: всё и всегда работает, а ЧП разруливаются моментально.

Разговор Александра Ивановича с управляющей компанией заставил меня крепко задуматься о качестве коммунальных услуг в России:

— Что значит «смысла нет чистить»? На днях оттепель обещают, все мне в коридор потечет! То есть «не потечет», если стоки забиты? Вы вообще знаете как оттепель работает? Нет, я не читаю вам лекции, я хочу, чтобы вы сделали свою работу и почистили стоки! Нет, я не могу ждать до второго марта! В смысле «сам»⁈ Там с полметра сплошного льда! Короче так — либо к вечеру стоки будут очищены, либо я подниму всех вплоть до губернатора! Нет, я не пугаю, я информирую!

— Прекрасная выдержка, Александр Иванович, — похвалил я тестя. — Почти даже не орали.

— Совсем оборзели! — приложил УК тесть. — Ничего, я найду на них управу… — принялся тыкать пальцем в экран. — Где тут у меня… А стоп! — остановился и посмотрел на меня. — Зачем нам лишние люди, если есть Иваныч? — ухмыльнулся. — Попроси его корочку захватить и какую-нибудь бумаженцию с… Ладно, сам скажу, — оборвал сам себя. — Когда там к нему ехать?

— Уже почти, — посмотрев на часы, ответил я.

— Пойду самогонки вашей захвачу — Иваныч оценит, — отправился в «закрома».

Пригородный поселок Удачный отделен от города лесом и сопками и является оплотом местного среднего класса. Почти весь застроен коттеджиками, но есть и парочка малоэтажных жилых корпусов, куда заодно сложены магазины, салоны красоты и прочая фигня. Без личного транспорта выбираться в город отсюда не больно-то здорово, хотя автобус ходит исправно, поэтому очень предусмотрительно с моей стороны было подогнать Петру Ивановичу еще и машину. Впрочем, у него и до этого была.

Нарядившийся в парадную форму МЧСник с одетой в приталенную, отороченную мехом белую курточку и джинсы с белыми сапожками симпатичной худенькой высокой женой, прекрасно выглядящей для своих сорока с хвостиком и двух родов.

Курящие у «телевизионного фургончика» операторы и корреспонденты едва успели включить оборудование, чтобы заснять, как из автобуса вылетела мама Айминь и бросилась в ноги Петру Ивановичу. Мы с Фэй Го бросились следом, и я услышал наполненные благодарностью слова мамы:

— Спасибо, спасибо! Без вас я бы не увидеть какими стали мои дети! Спасибо, спасибо…

Когда ее достали из-под завалов, мама была в шоке, и осознать случившееся в полной мере не смогла. А потом маму эвакуировали из пострадавшего района, потом улетели домой МЧСники, и поблагодарить Петра Ивановича мама не смогла. Теперь она изливает все, что накопилось в ее душе за долгие годы.

Смущенный Петр Иванович пытался ее поднять:

— Да вы чего! Ну-ка встаньте, хватит унижаться! — аккуратно поставил маму на ноги. — Я просто делал свою работу и все. Если кого благодарить, то Рысь — это она вас нашла, не я. И это я вам спасибо говорить должен за все это! — указал рукой на коттедж.

— Извините, Петр Иванович, — начал я брать ситуацию под контроль. — Это — не унижения, а искренняя благодарность. У нас в Китае это нормально. Еще раз извините за недопонимание, — протянул руку. — Ван, можно — Ваня.

— Петр. Можно Петя, — пожал МЧСник. — Люда, жена моя.

— Очень приятно, Людмила, — поклонился я растерянно взирающей на происходящее даме. — Мам, ты как? — обнял маму, достал из кармана расстегнутого — не успел — пуховика платок и дал ей.

— Не переживай, все хорошо, просто расчувствовалась, — улыбнулась она и начала вытирать слезы.

— Вот и познакомились! — весело подвел итог встрече Александр Иванович, бодро выпрыгнув из автобуса. — Здорова, Иваныч, — пожал Петру руку.

— Привет. А чего это у тебя? — заметил бутыль в руке тестя.

— Настоящая китайская фруктовая самогонка.

— Вот это гостинец! — обрадовался Петр. — Познакомишь нас со своими, Ваня? — обратил взор на меня.

Я представил нашу «делегацию», и супруга МЧСника пригласила нас в дом. Со времен репортажа двор не изменился, хотя снегопад был — Петр готовился к съемкам и не хотел ударить в грязь лицом, поэтому почистил дорожки как следует.

В прихожей, на ковре, между шкафом для одежды и шкафчиком для обуви, стоял пацан лет четырнадцати.

— Это Костя, младшенький мой, — представил его Петр.

Поручкались, познакомились, разделись, переобулись в новые тапочки и пошли к столовой:

— Людка у плиты вчера весь день и утро сегодняшнее простояла, на целый табор наготовила, сейчас пировать будем, — анонсировал МЧСник вкусный обед.

Людмиле пришлось готовить под надзором выделенного Фэй Го офицера, из предварительно одобренных продуктов, но это всегда остается за кадром.

— Шарлотка? — поводила носом теща.

— Шарлотка тоже, — улыбнулась ей Люда.

— Повезло нам, — заявила Лидия. — Лучше Людиной я шарлотки не пробовала. Бывает же — рецепт один и тот же, а получается вообще по-разному.

— Главное — любовь! — важно заявила Людмила.

— Чего так долго до нас добирались-то? — улыбкой показав шуточность упрека, спросил меня МЧСник.

— Считаю, что лучше как можно быстрее разобраться с «официальщиной», чтобы потом с чистой совестью заниматься реально интересным, — честно ответил я. — Извините, мне через пару часиков сбежать на такое же время надо будет, интервью дать «Енисею».

— Да пусть к нам приезжают и все, — предложил Петр. — Камерой больше — камерой меньше, какая разница?

— Спасибо, так и сделаю, — согласился я.

Не больно-то мне хочется по морозу и пробкам через весь левый берег по пробкам до офиса «Енисея» переться.

— Сейчас созвонюсь с ними, — пообещал У Гуй.

Вот она, «элитность» — мне достаточно просто что-то решить, а в жизнь решение воплотят мои работники.

Увиденная нами по пути к столовой часть коттеджа выглядела не больно-то обжитой: когда-то на стенах появятся картины и фотографии, но сейчас они пусты. Львиной долей мебели никто не успел воспользоваться, и я почти не заметил личных вещей и мелочей, которые волей-неволей наполняют дом, в котором живут. Ничего, Каменевы еще в начале пути, и со