Читать «Мобилизация и московское народное ополчение. 13 дней Ростокинской дивизии. 1941 г.» онлайн

Осоавиахима для дивизии было собрано несколько десятков учебных винтовок, пулеметов, наглядных пособий (плакатов, брошюр, карт и схем). Все эти мероприятия позволили уже с 10 июля 1941 г. приступить к занятиям по боевой подготовке. Их программа предусматривала изучение материальной части оружия, связи, инженерного дела, строевых приемов.

Трудность в овладении оружием заключалась в недостаточном его количестве и разнообразии систем. Так, если винтовками были вооружены практически все бойцы, то пулеметов в соответствующих ротах недоставало. Дивизия была укомплектована преимущественно иностранным трофейным вооружением – английским, польским, французским. Оно требовало квалифицированных специалистов, которых не было, так как практически весь командно-политический и рядовой состав был знаком только с отечественным оружием. Лишь к концу июля в дивизию прибыло несколько человек, которые и начали обучать подразделения материальной части[215]. Кроме вооружения в 13-й ДНО в первое время недоставало уставов и наставлений по вооружению, что нередко приводило к условности боевой учебы и недовольству бойцов.

Главное место в военной подготовке отводилось изучению тактики встречного и оборонительного боя в составе мелких подразделений. Для этого на местности проводились ежедневные занятия, на которых ополченцы учились быстрой организации боевого охранения, ведению разведки, отработке взаимодействия с танковыми, артиллерийскими и минометными подразделениями. Им преподавалась строевая подготовка, стрелковое дело (с изучением винтовки), тактика, общевоинские уставы, приемы самообороны.

Здесь, в Подмосковье, дивизию продолжали снабжать недостающим снаряжением. В середине июля ростокинцы получили первую партию обмундирования (до этого ополченцы находились в собственной одежде. – С. Р.), оружия, боеприпасов и предметов кухонного хозяйства: 17 автомашин от организаций своего района; небольшая партия вооружения – 30 винтовок и пулеметов, из которых над отечественными образцами преобладали польские, французские, бельгийские; 1000 комплектов обмундирования – белье, сапоги, гимнастерки, шинели, пилотки[216].

Военной формы установленного образца на все ополченческие дивизии сразу не хватило, поэтому в первое время бойцам выдавали все, что только имелось на складах военного ведомства, даже форму царской армии. Из-за этого случались и недоразумения. Боец 5-й ДНО Фрунзенского района А.Е. Гордон вспоминал: «На привале нам выдали велосипеды и обмундирование – гимнастерки и пилотки темно-серого, почти черного цвета, такого же цвета брюки-бриджи, черные обмотки и ботинки. Это обмундирование хранилось еще со времен царской армии и предназначалось тогда для рабочих подразделений. Вместо шинелей мы получили куртки цвета хаки типа бушлатов. И в довершении всего наша рота получила польские винтовки без боеприпасов. В этой связи вспоминается один курьезный случай. В одну из поездок в Москву за бутылками с горючей жидкостью мы первым делом бросились в булочную. Машину оставили под присмотром рядового Петровского… Когда мы, нагруженные батонами, вышли из булочной, перед нами предстала трагикомичная картина: совершенно растерянный Петровский стоял, окруженный толпой женщин, большей частью пожилых, которые кричали, что поймали шпиона, и звали милицию. Со всех сторон к толпе бежали милиционеры. Нашего товарища, одетого в черную форму, с польской винтовкой, приняли за немецкого шпиона-парашютиста. С трудом мы отбили Петровского от толпы и объяснили все удивленным нашим видом милиционерам, предъявив им документы»[217].

В отличие от материально-технического продовольственное снабжение в 13-й ДНО обеспечивалось на высоком уровне за счет предприятий Ростокинского района[218]. «Несмотря на определенные трудности, вызванные нехватками полевых кухонь, вскоре все устаканилось, – вспоминал ополченец Д.И. Старцев. – Кормление было прекрасное. Утром давали суп и кашу. Мяса в то время давали очень много. Кашу почти никто не ел, потому что военторг работал, деньги у всех были, кроме того, посылки получали от родных, даже рабочие коллективы присылали посылки. Позднее уже под Вязьмой посылки присылали на дивизию, и дивизия распределяла эти посылки между лучшими бойцами»[219].

Особое внимание в учебном процессе отводилось огневой подготовке. Бойцы изучали не только материальную часть оружия, но и учились правильно владеть им, вести прицельную стрельбу, устранять возможные неисправности и задержки при стрельбе, метать боевые гранаты.

Проанализированные данные позволяют сделать вывод, что главным препятствием на пути к освоению учебных программ стала упомянутая выше неполная обеспеченность материальной частью – стрелковым вооружением, боеприпасами, шанцевым инструментом. «Отправляя ополченческие дивизии, – писал К.Ф. Телегин, – Военный совет МВО отдавал себе отчет, что недостаточность и нестандартность вооружения, слабая военная подготовка призванных из запаса командных кадров, особенно взводного и ротного звеньев, создавали дополнительные трудности в боевой учебе. Учитывая это, Военный совет, политорганы соединений уделяли большое внимание повышению уровня воспитательной работы, решению проблем, связанных с улучшением материального обеспечения, питания и медицинской помощи ополченцам»[220].

Основной задачей агитационно-пропагандистской работы политорганов дивизии являлось воспитание у ополченцев высоких морально-политических и боевых качеств, любви к Родине, разъяснение захватнических целей гитлеровской Германии. В подразделениях эту работу проводили агитаторы с помощью самых разнообразных форм и методов: политинформации, кратких индивидуальных и групповых бесед, докладов на темы: «Хранение военной тайны», «Находчивость и смелость бойца и командира в боевой обстановке» и др.

Наряду с устным словом политработников и пропагандистов в процессе политико-воспитательной работы широко использовалась печать. По указанию отдела политической пропаганды во всех полках 13-й ДНО был проведен смотр на лучший боевой листок, отражающий ход боевой и политической учебы. Кроме того, в дивизии издавалась газета «За Родину». К сожалению, ни один ее экземпляр не сохранился. В ней печатались материалы, направленные на укрепление воинской дисциплины в частях, повышение бдительности воинов, сохранение военной тайны, разоблачались отдельные паникеры и трусы; рассказывалось о подвигах ополченцев на фронте, освещалась боевая жизнь каждого подразделения.

Основной задачей этого комплекса мероприятий было оказание помощи командованию в военном обучении – разъяснении вопросов военного воспитания, раскрытии основ воинской дисциплины, помощи в овладении военными специальностями и знаниями. Такая активная пропагандистская работа помогла существенно повысить качество боевой подготовки ростокинцев, сыграла значительную роль в создании и боевом сплочении частей и соединений 13-й ДНО, а также стала средством устранения имеющихся недостатков в учебе.

К началу июля 1941 г. обстановка на Западном фронте продолжала оставаться напряженной – немецкие войска вели широкое наступление на всем фронте от Баренцева до Черного морей и стремительно продвигались к Москве. С 10 июля 1941 г. развернулось Смоленское сражение. Тогда же Военный совет МВО обратился к наркому обороны с просьбой разрешить вывести дивизии народного ополчения на Можайскую линию обороны[221].

Создание оборонительного рубежа в тылу Западного фронта и занятие его ополченческими дивизиями позволяло одновременно с его обустройством проводить на практике боевую учебу войск. Исходя из этого 16 июля 1941 г. ГКО принял Постановление № 172 «О Можайской линии обороны», предписывавшее:

«1. Дивизии народного ополчения в количестве 10 внести в список вооружаемых в первую очередь и обмундировать полностью.

2. Эти дивизии