Читать «Мобилизация и московское народное ополчение. 13 дней Ростокинской дивизии. 1941 г.» онлайн

Сохранившие нумерацию оставшиеся 11 бывших дивизий народного ополчения после Московской битвы были полностью переформированы и действовали до окончания Великой Отечественной войны. За боевые заслуги они, в общей сложности, были награждены двадцатью орденами, в том числе три дивизии удостоены трех орденов каждая: 18-я ДНО Ленинградского района (Ленина, Красного Знамени, Суворова II степени), 21-я ДНО Киевского района (Ленина, Красного Знамени, Суворова II степени), 5-я Московская стрелковая дивизия (два ордена Красного Знамени, Суворова II степени); три дивизии получили по два ордена и пять по одному (Красного Знамени). За выдающиеся успехи в боях при освобождении городов все дивизии получили почетные наименования.

Таким образом, они стали гордостью не только Москвы, но и всей Красной армии. Установить же, сколько в этих дивизиях осталось состава от первоначального набора июля – октября 1941 г., из-за неоднократных переформирований оказалось невозможно.

Большинство из бывших дивизий Московского ополчения сразу после окончания Великой Отечественной войны были расформированы, и лишь некоторые из них – 60-я, 129-я стрелковые дивизии; 11, 53, 84-я гвардейские стрелковые дивизии – около двух лет несли охранные функции на территории Германии. 77-я гвардейская стрелковая дивизия стала кадровой и до настоящего времени находится в составе Вооруженных сил РФ.

События, развернувшиеся в начале октября 1941 г. под Вязьмой, стали одной из самых трагических страниц в истории Великой Отечественной войны. Сотни тысяч солдат, офицеров, политработников погибли и были пленены здесь.

Несмотря на то что с момента описываемых событий прошло более семидесяти лет, до сих пор не существует точных данных о потерях в этой операции. На сегодня наиболее достоверной является цифра, приведенная в книге «Россия и СССР в войнах ХХ века»: Резервный фронт (со 2—12 октября 1941 г.) потерял 188 761 человека, Западный фронт (со 2 октября до 5 декабря 1941 г.) – 310 726[426]. Таким образом, безвозвратные потери двух советских фронтов составили 382 292 человека. По немецким данным, одних только пленных за период Вяземской операции было взято 673 000 человек[427]. Согласно немецким данным, группа армий «Центр» потеряла под Брянском и Вязьмой 25 000 человек, около 460 танков[428].

Анализ сражения 30 сентября – 13 октября 1941 г. позволяет раскрыть несколько общих причин неудач советских войск.

Во-первых, немецкое командование сумело обеспечить многократное превосходство в силах и средствах своих главных ударных группировок на участках прорыва.

Во-вторых, общее превосходство частей вермахта по уровню боевой подготовки рядового состава и командования, чему способствовал двухлетний опыт ведения войны в Европе и на Балканах.

В-третьих, самой важной причиной явился просчет Ставки ВГК и командующих Западным, Резервным и Брянским фронтами в определении направления и сроков главного удара противника. Сделав правильный вывод об общем направлении сосредоточения главных усилий противника в ожидаемом наступлении, Ставка ВГК не разгадала его замысел. Именно поэтому районы сосредоточения основных сил и резервов фронтов, расположенных вдоль дорог Смоленск – Москва и Рославль – Москва, оказались в стороне от направлений главных ударов врага. Этот вывод подтверждает доклад разведывательного отдела штаба группы армий «Центр» от 2 октября 1941 г.: «Общее впечатление: противник, по крайней мере в отношение сроков, не ожидал нашего наступления. Его обороноспособность оказалась слабее, чем ожидалось»[429].

Пример использования командованием 140-й стрелковой дивизии тождествен этому утверждению. Действительно, при сравнении оперативной плотности 32-й армии с другими армиями Резервного фронта можно заключить, что прикрытию этого важного стратегического направления не было уделено серьезного внимания. Например, фронт обороны 24-й армии составлял 40 км, то есть в два раза меньше, чем у 32-й армии. В среднем на одну дивизию первого эшелона приходилось до 30 км, на 1 км фронта – 635 винтовок, 57 автоматических винтовок, 12 ручных пулеметов, 9 ППД, 12 орудий. Кроме того, в 24-й армии имелось 14 установок реактивных снарядов[430]. Еще одним преимуществом стало наличие у войск армии двухмесячного опыта боев под Ельней.

Представляется вероятным, что именно в месте расположения частей 24-й армии командование Резервного фронта ожидало нанесение противником главного удара. 32-я армия располагалась за боевыми порядками 30-й и 19-й армий Западного фронта, и поэтому, очевидно, командующий Резервным фронтом маршал С.М. Буденный ожидал эффективных действий этих армий. Однако удар пришелся встык – по флангам 30-й и 19-й армий. В результате 32-я армия и 140-я стрелковая дивизия уже 2 октября 1941 г. оказались на острие главного удара противника.

В-четвертых, Ставка ВГК, стремясь к налаживанию эффективного взаимодействия войск, слишком поздно передала 32-ю армию из состава Резервного фронта в Западный. Директива Ставки была направлена вечером 6 октября 1941 г., а уже утром 7 октября передовые механизированные части германской армии вышли в тыл армии и заняли Вязьму. Значительная часть войск Западного и Резервного фронтов оказалась в окружении.

140-я стрелковая дивизия, как и в целом 32-я армия, не смогла воспрепятствовать противнику прорвать оборону советских войск. На это повлияли следующие факторы:

1) Низкая оперативная плотность построения войск, вызванная упомянутыми выше общими просчетами и ошибками советского командования – неправильным определением Ставкой направления главного удара противника. И как следствие, отсутствие глубокоэшелонированной обороны на путях вероятного наступления противника в полосе обороны 32-й армии.

2) Постоянные проблемы со снабжением военным имуществом – нехватка в дивизии современного вооружения, средств связи затрудняли оперативное управление войсками в условиях быстро меняющейся обстановки боя.

3) Отсутствие у бойцов дивизии необходимого боевого опыта и военных знаний.

Ополченцам пришлось преодолевать немыслимые трудности, чтобы удержать свои позиции. В общей сложности две недели 140-я стрелковая дивизия противостояла многократно превосходящим и пополняемым соединениям противника, сумев, при поддержке других бывших ополченческих формирований 32-й армии, задержать его на максимально возможное время. Несравненным мужеством, ценой своих жизней они задержали продвижение к Москве ударных сил германской армии и дали возможность в короткий срок фактически заново создать Западный фронт и новые рубежи обороны на ближних подступах к столице. Это позволило в последующих боях остановить, а в ходе успешного контрнаступления – разгромить немецко-фашистские войска под Москвой.

Оценку действия всех окруженных под Вязьмой соединений, в том числе и 140-й стрелковой дивизии, дал в своих воспоминаниях маршал Г.К. Жуков, который писал: «Оказавшись в тылу противника, войска не сложили оружия, а продолжали мужественно драться, сковывая крупные силы врага, не позволяя ему развить наступление на Москву. Самым важным было тогда выиграть время для подготовки обороны фронта. Если с этой точки зрения оценить действия частей, окруженных западнее Вязьмы, то надо отдать должное их героической борьбе»[431].

Посвятив работу исследованию создания, формирования и боевого пути 13-й Ростокинской дивизии народного ополчения (140-й стрелковой дивизии), отметим два аспекта, связанных с