Читать «Тайная полиция в России. От Ивана Грозного до Николая Второго» онлайн

Курлова с лихвой компенсировало придирки департаментских чиновников. Кулябко быстро рос в чинах. Отставному подпоручику как начальнику районного охранного отделения подчинялись два генерала и несколько полковников. В 1909 г. он получил чин ротмистра, а менее чем через год — подполковника. Любую оплошность Кулябко были готовы прикрыть его свойственник Спиридович и хороший знакомый Веригин. Перед киевскими торжествами Спиридович рапортовал дворцовому коменданту о заслугах своего зятя: «Охранное отделение отлично осведомлено обо всем местном; полное освещение, полный учет». Во время самих торжеств Кулябко радушно принимал своих покровителей. Ужины с кафешантанными певицами проходили очень весело. По утрам полицмейстер получал от городовых рапорты следующего содержания: «Возвращаясь в Европейскую гостиницу на простом одноконном извозчике под утро, г-н Веригин упал с дрожек около Николаевской улицы». Неудивительно, что руководителям охраны некогда было вникнуть в детали рассказа Богрова.

Если можно назвать заговором убийство Столыпина, то это был, образно говоря, заговор всей системы политического розыска, помноженный на непрофессионализм и некомпетентность отдельных должностных лиц. Прекратив уголовное дело в отношении этих людей, Николай II по существу оправдывал саму систему розыска. Недаром на благодарственной телеграмме бывшего товарища министра царь сделал приписку: «Благодарю. В верности службы генерала Курлова я никогда не сомневался».

Раздел IV

В поисках еврейского заговора

С конца XIX в. еврейский вопрос постоянно находился в центре внимания правительства и общественности. Отчасти это объяснялось возросшим влиянием еврейской общины на экономическую и культурную жизнь страны. Однако интерес к этому вопросу в значительной степени был обусловлен тем, что борьба за равноправие евреев стала одним из символов войны против самодержавного режима. Точно так же антисемитизм трактовался гораздо шире, чем ненависть к определенной нации. В глазах многих политических деятелей, порой занимавших высокие правительственные посты, любые западные веяния — либерализм, социализм, революция — ассоциировались с еврейской пропагандой. Вполне естественно, что антисемиты связывали надежды на разоблачение «всемирного еврейско-масонского заговора» с охранкой, в чьи профессиональные обязанности входило выявление врагов самодержавия. В свою очередь, либеральная и радикальная оппозиция видела в Департаменте полиции главного организатора травли евреев. В данном разделе на примере трех наиболее значительных эпизодов, связанных с еврейским вопросом, мы обратимся к проблеме истинной роли Департамента полиции в антисемитских кампаниях.

Глава 10

Протоколы, масоны, либералы

Атмосфера заговора, окутавшая Российскую империю в последние годы ее существования, породила у многих опасения, будто коварные враги самодержавия, даже целые общественные группы врагов, исподволь подрывают устои общества. Злоумышленниками такого рода, особенно в глазах правых, представали то поголовно все евреи, то масоны, то либералы; а то и первые, и вторые, и третьи обвинялись в преступном сговоре.

Как блюстители государственной безопасности руководители охранки обязаны были проверять подобные версии. Неопровержимые данные свидетельствуют: зная, что определенная часть российских евреев участвует в революционном движении, а масоны за границей используют революционную фразеологию, большинство старших офицеров тайной полиции считали, что в массе своей ни евреи, ни масоны не представляют угрозы. А вот что касается так называемой либеральной фракции в Государственной думе, то охранка ошиблась в оценке намерений и силы этого легального движения, открыто представившего свою программу преобразований. И в рьяной борьбе с этой политической оппозицией руководители охранки, как и следовало ожидать, еще более подорвали тот самый порядок, который стремились защитить.

I

По мнению многих нынешних историков, в начале нашего века охранка направляла массовые акции против евреев, проводившиеся под лозунгом обвинения последних в революционной деятельности. В качестве основного довода эти историки указывают на «Протоколы сионских мудрецов», происхождение которых по сей день остается загадкой. Известно всего шесть дореволюционных изданий «Протоколов» на русском языке, и лишь одно из них можно с натяжкой считать имеющим отношение к правительству. И пусть даже мы не знаем точно, кто, где и когда сочинил «Протоколы», но тщательное изучение данных об их дореволюционных изданиях, а также документально подтвержденное решение цензуры по пресловутому изданию Нилуса в 1905 г. дают, на наш взгляд, достаточно веские основания говорить о непричастности охранки или иных государственных ведомств к их составлению.

Обсуждение данного предмета уместно начать с подробностей, подтверждающих существование этих нескольких изданий «Протоколов»; использованные здесь библиографические находки принадлежат Борису Николаевскому.

Для справки заметим, что сначала Николаевский упоминает гектографический экземпляр рукописи на русском языке, написанный тремя разными почерками, с недостающими страницами, без даты и подписи. На титульном листе значилось: «Древние и дальнейшие протоколы собраний сионских мудрецов», а ниже подзаголовок: «Корень нашего обнищания». В результате текстологического анализа Николаевский пришел к выводу, что данная рукопись предшествует по времени всем печатным изданиям, которые он обнаружил.

Как установили Николаевский и другие исследователи, первым издателем «Протоколов» был ярый антисемит П.А. Крушеван, владелец недолго издававшейся (1902–1905 гг.) малотиражной петербургской газеты «Знамя». В конце августа — начале сентября 1903 г. (единственный год, когда «Знамя» выходило бесперебойно ежедневно) на страницах газеты появилось изложение политики, якобы выработанной на заседаниях «Всемирного союза франкмасонов и сионских мудрецов». Материал назывался «Программа завоевания мира евреями», и в предисловии к нему редакция уверяла, что это серьезное предупреждение независимо от того, лежит ли в его основе подлинный сионистский документ или аллегорическое умозаключение. Если верно последнее, писало далее «Знамя», тогда эта подделка принадлежит «очевидно… весьма умному человеку», который пришел к «справедливому выводу», что у евреев есть «планы завоевания». Поскольку «Знамя», подобно большинству газет в двух столицах, после 1865 г. не подлежало предварительной цензуре, Крушевану ничто не помешало опубликовать «Протоколы» на свой страх и риск.

В конце 1905 г. Сергей Александрович Нилус выпустил в свет более полный вариант «Протоколов», уже не заводя речи об их подлинности. Поначалу он собирался издать их небольшой книжкой и в середине 1905 г. представил рукопись в Московский комитет по делам печати на цензуру, как того требовал закон, если объем издания не превышал 160 страниц. В то время рукопись называлась «Торжество Израиля и Антихрист как близкая политическая возможность (Протоколы собраний сионских мудрецов), 1902–1904», и получается, что так называемые «собрания» происходили в течение нескольких предыдущих лет.

28 сентября 1905 г. московский цензор С.И. Соколов дал отзыв на 13 страницах, в котором отверг сокращенное издание. Объяснив, что в рукописи говорится о заговоре «сионских мудрецов» с целью свержения правительств путем «бесовской» либеральной политики и революционных действий, он предупредил, что её опубликование может «привести повсеместно к уничтожению всех без исключения евреев, которые в массе своей, само собой, не подозревают о замыслах сионистов». Автор предлагал, однако, передать рукопись в соответствующие инстанции для изучения, дабы там решили, не следует ли провести расследование.

В