Читать «Ворошиловский стрелок. Книга 2» онлайн

короткими, экономными очередями, не давая им подняться, но и немцы, стали отвечать, а было их почти в десять раз больше нас. Успей мы подготовить засаду, может, и удалось бы выбраться, но нас застали на ровном, открытом месте, да и пулемётов у врага было много. Вначале замолчала винтовка Архипа и я сразу, не придал этому значения, но, когда, глянув в его сторону, увидел, голову, уткнувшуюся в мох и только потом заметил, что на затылке у него страшная рана от пули. Сомнений, что он мёртв, не оставалось, поэтому я сосредоточился на стрельбе, сжав зубы и стараясь не мазать. Всё-таки дистанции, между нами, около двухсот метров и целиться приходилось тщательно, а потом к немцам подошло ещё подкрепление и было его много, прямо с опушки леса, заработали вначале два пулемёта, а потом ещё один, сосредоточившись на Адаме, так как пулемёт посчитали самым опасным и его пытались подавить в первую очередь.

Я уже понимал, что загнал себя в ловушку и не укради я Энигму, нас бы быстро не нашли. Но меня заметили и бросились преследовать. Своими действиями я подставил всю группу, но и не воспользоваться ситуацией, не мог. Продолжая вести стрельбу, старался снимать пулемётчиков, но их было много, и на место убитого, тут же вставал другой и долго так продолжаться не будет. Тут в голове мелькнула мысль. Что нужно быть осторожнее, мох, очень сухой, а снизу торф, который, если загореться, будет очень сложно потушить.

— Адам, поджигай мох, нужно создать завесу из дыма, тогда появится шанс уйти, — крикнул я, и тот сразу понял, что я имею в виду.

Только он поступил умнее, прижал пулемёт к земле и дал очередь, отчего мох стразу вспыхнул. Передвинув пулемёт, он повторил ещё несколько раз, пока перед ним не задымился большой участок, метра три и пламя довольно резво, стало расползаться во все стороны. Мне так сделать не получится, поэтому пришлось доставать спички и трясущимися от адреналина руками, поджигать вручную.

На моём участке мох был высокий, тонкий, с белым оттенком, поэтому вспыхнул моментально, а я вырывая куски посуше и поджигая, разбрасывал его в стороны, стараясь не подниматься, чтобы меня не задело шальной пулей. Немцы не сразу поняли, что мы делаем и для чего, а поняв, только усилили обстрел.

Огонь расползался очень шустро, а дым уже ел глаза, и мне пришлось отползать, с рюкзаком, таща его волоком, так как опасался за него и сразу скинул с плеч, как увидел немцев. Адам отползал вместе со мной, в пяти метрах справа, иногда давая неприцельную очередь в сторону немцев. Я останавливался каждые три метра и делал один выстрел, снимая самых смелых, которые решили, что смогут добежать до нас.

Тем временем огонь разрастался, и дым уже поднимался столбом, хорошо скрывая нас, но и немцев видно стало очень плохо, чем они и решили воспользоваться, по свистку, вскочив и бросившись в атаку. Но Адам, срезав очередью самых ретивых, заставил их опять залечь, а я понял, что нужно использовать шанс и бежать дальше.

— Адам, сколько ещё патронов? — спросил я, выцелив, сквозь дым, немецкого офицера, снял его метким выстрелом.

— Последняя улитка, меньше половины.

— Достреливай и сразу бежим, только не прямо, а зигзагом, как заяц, — крикнул я, перезаряжая винтовку. Автомат болтался на спине, мешаясь, но сейчас он был практически бесполезен, на такой дистанции.

Немцы опять попытались подняться, и Адам, добив ленту, заставил их залечь, а я уже вскочил, бросившись бежать, следом подорвался и напарник, бросив пулемёт. В какой-то момент он даже обогнал меня, а бежали мы очень быстро, по моим меркам, правда, у меня на спине был груз, да и сам обвешен оружием, но всё равно, за ним не поспевал.

Вот только бежал он недолго, дёрнувшись, схватился за поясницу и рухнул на землю, я упал рядом и, прежде чем посмотреть на него, сделал два выстрела, попав в одного из немецких солдат, бросившихся по тропе и заставивших остальных залечь.

Только повернув голову и глянув на Адама, понял, что это конец, пуля попала в позвоночник в районе пояса и перебила его, так как ноги не шевелились, хотя он пытался ползти.

Разворачиваюсь, становясь на колено, и достреливаю обойму, даже в кого-то попав, но сам думаю, что делать дальше. Бросить не могу, а тащить и отстреливаться не выйдет, да и без срочной помощи, он не выживет, антибиотиков ещё не придумали.

— Командир. Мне конец, ты уходи, я их задержу, прости, что так получилось, выживешь. Передай семье, как я погиб.

— Не глупи Адлам, я тебя вытащу, — попытался возразить я, перебирая варианты, сделать волокуши и тащить его.

— Нет. Коман-дир. Поз-во-ночник и пуля в нутре, с такими не живут, а мучиться я не хочу. Дай гра-нату, и у-у-хо-ди, — тяжело дыша и скрипя от боли, произнёс Адам.

Я несколько секунд смотрел на него и понимал, что он прав, на глазах, непроизвольно, навернулись слёзы и скатились по моим щекам, но я не делал попытки их вытереть. Молча достав из кармана штанов последнюю лимонку, разогнул усики, выдернул чеку и вложил её в руки умирающему, крепко сжав, а тот уже прикрыл глаза, сжав зубы от боли.

Напоследок хотелось что-то сказать, но слова так и не пришли на ум, поэтому я молча поднялся, сделал два выстрела в направление немцев, не целясь и бросился бежать дальше, всё так же петляя по едва видневшейся тропе. Цель была не так далека, канава с густыми кустами на всю длину, идущая почти поперёк тропы, через которую виднелся мостик.

Стоило добежать до неё, как раздались выстрелы и пули засвистели совсем рядом, немцы перебрались через горящий участок и оттуда открыли огонь по мне. Я на последних силах пролетел по мосткам и упал на той стороны канавы, тяжело дыша, сил вставать не было, но оставаться никак нельзя, только я собрался встать, как позади грохнул взрыв, а следом раздались крики и ругань на немецком.

— Прощай, Адам, — тихо проговорил я, поднимаясь и проверяя винтовку.

Мостки позволяли видеть узкий участок, как раз там, где должны идти немцы, и я сразу увидел пятерых, лежащих на земле, раненных взрывом, ещё столько же суетились рядом, поэтому я делаю два быстрых выстрела, попадя в стоявших, прежде чем они не упали на землю, открыв огонь в мою сторону.

Теперь предстояло решить, куда двигаться дальше, вести хвост к