Читать «Ворошиловский стрелок. Книга 2» онлайн

кто первым искупить свою вину кровью. Нет, я не осуждаю их, в бою часто бывает выбор перед неминуемой смертью и сдача в плен, но, если есть те, кто сдался добровольно, таких буду определять в отдельный отряд.

Ключи искать не стал, а встав сбоку, выстрелом сбил замок, потом откинул навес и приоткрыл одну створку, отойдя в сторону и направив автомат на проём. Огонь от стога сена стал затухать, но света вполне хватало, створки медленно открыли и наружу стали выходить солдаты.

— Выходи и стройся вдоль стены! — громко выкрикнул я, а потом добавил, уже для пограничника.

— Михаил, следи за пленными, если вздумают бежать, стреляй на порожние, с дезертирами у нас разговор короткий, как понял приказ? — спросил я.

— Приказ понял, — недовольно выкрикнул он, но главное, что спорить не стал.

— Кто вы? — спросил, выступив вперёд солдат в гимнастёрке явно с другого плеча, а судя по голосу, явно командир.

— Встать в строй! — приказал я.

— Да ты знаешь, с кем ты разговариваешь? — шагнув ближе, командирским тоном начал говорить он.

— Да я капитан Молотов, командир третьей стрелковой роты, я…

Его монолог прервал выхваченный мной пистолет и приставленный к его лбу.

— Вы все для меня предатели родины, сдавшиеся в плен и пустившие врага на земли моей родины. И пока не докажете обратное, вам всем дорога в трибунал, а там к стенке и всё на этом, — громко и очень эмоционально выкрикнул я, оглядывая подобравшихся солдат, смотрящих на меня, кто с опаской, кто с испугом, а кто и с неприязнью.

— Но! Вам всем будет дан шанс, искупить свою вину перед родиной, расстрелять вас проще, но мы пойдём другим путём и всем вам дадут один единственный шанс, вернуть своё честное имя. Меня зовут Станкевич, Дмитрий Александрович, командир добровольного отряда народного ополчения имени Ворошилов. Мне даны полномочия проводить дознания, и выносить приговор в исполнение, включая высшую меру наказания за дезертирство, предательство и оставление позиций в виде расстрела. Однако ввиду тяжёлого положения на фронтах, всем будет дан шанс искупить свою вину кровью и восстановить своё честное имя. Для меня сейчас нет ваших званий, ваших достижений и ваших желаний, все вы с этого времени — штрафная рота, особого назначения. До ранения или до окончания срока в три месяца, вы зачисляетесь в штат роты, в качестве рядовых, за любое нарушение приказа, побег и прочее, расстрел на месте.

За личную отвагу. За успешное выполнение сложных заданий, по результатам рекомендаций от командиров, срок в штрафной роте может быть уменьшен или вообще отменён, и вы перейдёте обычный отряд, со всеми правами и обязанностями солдата Красной армии. Всем, понятно? — как можно устрашающе, произнёс я, практически крича и пронимая, ещё немного и сорву голос.

Выждав минуту, добавил.

— Несогласные выйти из строя и встать у стены, — выкрикнул я, убирая пистолет и беря в руки автомат, показательно передёрнув затвор.

Но все поняли мой посыл правильно, желающих испытывать терпение нового командира, не нашлось.

Строй, на первый, второй, рассчитайся! — приказал я.

— Первый, второй, первый, второй…

Начали выравниваться солдаты и рассчитываться по номерам.

— Второй расчёт окончен, — сказал крайний справа.

— Первые номера, шаг вперёд, вторые встать за ними, — приказал я, дожидаясь, когда выполнят команду.

— Оружие получите одну винтовку на двоих, остальное добудете в бою, такую возможность я вам предоставлю. Запомните своих напарников, ваша жизнь, теперь в руках друг друга, одного убили или ранили, второй поднимает оружие и идёт дальше бить врага, или добываете оружие сами совместно. В этом доме остались недобитые немцы, раненые и трупы, нужны две пары добровольцев, которые пойдёт и зачистят дом, соберут оружие и вытащат тела сюда, желающие шаг вперёд.

Солдаты переглянулись и вперёд вышла треть строя, я повернулся, прошёл к валяющимся трупам немцев, взял две винтовки и два ножа с трупов, увидев, что женщины ещё лежат, сказал им,

— Вставайте и идите, вы свободны.

Они встали и направились к группе гражданских, вставших отдельно, но не спешащих уходить.

Подошёл к строю и вручил две винтовки и два ножа, тем, кто выглядел решительно, не прятал взгляд и не глядел враждебно, приняв новые правила.

— Только осторожнее бойцы, мне не нужна ваша смерть, умирать должны фашисты, запомните это все, отправлять вас в мясорубку, без крайней на то необходимости, никто не будет, ваша задача убить как можно больше врагов и при этом выжить и выполнить поставленный приказ, — произнёс я, доставая две обоймы с патронами и передавая солдатам, после чего добавил, — Зачистить дом, патроны беречь.

Солдаты быстро распределили оружие и зарядив, отправилась внутрь, там послышался шум, крики, но стрельбы не было, а потом они вышли, вынося оружие и один из солдат, подошёл ко мне.

— Приказ выполнен, дом зачищен, выжившие добиты, — докладывал рядовой Михайлов.

— Молодец Михайлов, напарники могут выбрать оружие из трофеев, остальное сносите сюда, вместе с телами, кто без обуви, сможете взять с убитых. Назначаешься временно исполняющим обязанности заместителя особой, штрафной роты.

— Михаил! — выкрикнул я, повернувшись к зарослям, где засел пограничник.

— Я, товарищ командир, — вышел с пулемётом наперевес и с автоматом на плече, пограничник.

— До прибытия в расположение отряда, прими командование, посыл ты понял, не подведи, им ещё завтра с утра, возможно, в бой. Полчаса на все сборы и уходим, выстави посты по двум сторонам с пулемётом, но, думаю ты и сам разберёшься. Этих четверых отметь особо, потом пообщаюсь с ними. Михайлов пока будет твоим заместителем, все остальные для тебя рядовые, кто бы что ни говорил, при попытке побега стрелять на поражение. Оружие раздай сам, на всех не хватит, позже решим, — сказал я и направился к гражданским, которые не торопились расходиться.

— Для вас всё закончилось, можете уходить, — сказал я подходя.

— Куда же мы теперь, они нас, как евреев здесь собрали, боюсь, что, вернувшись домой, нас опять заберут, а того и хуже, сразу убьют. Возьмите нас с собой, — попросил меня пожилой мужчина, практически дед.

— Куда? В болото, скоро осень, за ней зима, немца до лета, точно не прогонят отсюда, как жить будете? У меня отряд, сегодня я здесь, а завтра маршем, за сорок километров по бездорожью и на новом месте, вас взять не могу, ищите сами возможность