Читать «История США от глубокой древности до 1918 года» онлайн

за радиоэфиром круглые сутки. И, самое важное, был основан Ледовый патруль с целью постоянно сообщать о местонахождении всех айсбергов в судоходной части Северной Атлантики. После этого не случилось ни одной трагедии из-за айсберга — вообще ни одной.

Демократы возрождаются

Республиканцы, столь сильные при Рузвельте, теперь явно переживали раскол. «Мятежники» охотились за шкурой Тафта, и у них появился могущественный союзник — сам Рузвельт.

После того как Рузвельт покинул Белый дом, он уехал из страны и десять месяцев охотился в Африке. Когда он вернулся в июне 1910-го и был подобострастно встречен, оказалось, что ему нечем заняться. Ему не нравилась отставка, ему нравились аплодисменты, а еще он симпатизировал «мятежникам».

Он попытался избежать действий, ведущих к открытому расколу в Республиканской партии, но оказалось, что администрация Тафта перешла к персональным нападкам на него. Администрация обвиняла корпорацию «Ю.С. стил» в том, будто ее манипуляции привели к краху фондового рынка 13 марта 1907 года и краткосрочной «панике 1907-го». Утверждалось также, что корпорация ухитрилась обмануть Рузвельта, разрешившего эти манипуляции.

Рузвельт был взбешен предположением, что его можно обмануть (тем более что обвинение могло быть небеспочвенным), и открыто перешел в оппозицию. 31 августа 1910 года он произнес речь в Осаватоми, Канзас, ратуя за «новый национализм» (как он сам его назвал). Он нападал на консерваторов в Верховном суде, осуждал силу богатства, призывал к «справедливому курсу» для всех. В целом он твердо встал на позиции «мятежников».

Пока республиканцы пребывали в смятении, результаты выборов в конгресс 1910 года предсказуемо принесли победу демократам. Цепочка из восьми последовательных полностью республиканских конгрессов прервалась, поскольку демократы получили контроль над Палатой представителей шестьдесят второго созыва: 228 к 161. Впервые с 1892-го демократы имели большинство в этой палате. Сенат остался республиканским, хотя преимущество составило лишь 10 мест по сравнению с 29 в предыдущем конгрессе. Однако и тут не все было гладко, потому что новый Сенат контролировали «мятежные республиканцы», объединившиеся с демократами. Тафт столкнулся с враждебно настроенным конгрессом.

Демократы завоевали и новые губернаторские посты. Самое значительное имя появилось в Нью-Джерси. Это был Вудро Вильсон (род. в Стаунтоне, Виргиния, 28 декабря 1856 года). Начав свою карьеру как юрист, он стал известным ученым. Его специализацией была политология и история, и в 1886-м он получил степень доктора философии в университете Джона Хопкинса. Вильсон занимал должность профессора истории и политэкономии в нескольких институтах и наконец оказался в Принстонском университете, где в 1902-м его избрали президентом этого учебного заведения.

На новом посту он постарался сделать жизнь студентов более демократичной и ослабить снобизм и могущество студенческих братств. Тут проявились два аспекта его личности, которые впоследствии повлияют на американскую историю: во-первых, его горячее желание делать то, что соответствует нормам морали; а во-вторых, его неспособность справиться с оппозицией, приводящая к поражению в конце.

Впрочем, его деятельность в университете, равно как и речи и статьи по политическим вопросам, сделали его заметной персоной, и боссам демократов в Нью-Джерси показалось хорошей идеей выставить этого человека не от мира сего на пост губернатора в тот год, когда ирогрессивисты обязаны были победить. Они не сомневались, что смогут контролировать его, если он станет губернатором. Вильсон согласился, провел энергичную кампанию, был избран и тут же показал, что контролировать его нельзя.

Еще одним новым лицом в политике стал дальний родственник Теодора Рузвельта Франклин Делано Рузвельт (род. в Хайд-Парке, Нью-Йорк, 30 января 1882 года). 17 марта 1905-го он женился на племяннице Теодора Рузвельта Анне Элеоноре Рузвельт.

Семейная ветка Франклина была привержена демократам, и в 1910 году демократы предложили ему баллотироваться в Ассамблею штата — нижнюю палату законодательного собрания Нью-Йорка. Франклин Рузвельт удостоверился, что «кузен Теодор» не станет возражать, и после этого дал согласие. Затея казалась безнадежной, но это был год прогрессивистов, и он выиграл. Так началась самая успешная карьера в американской истории.

Выборы 1910-го, конечно, были только первой схваткой. «Мятежники» хотели полного поражения Тафта. Они хотели не допустить его нового выдвижения и поставить во главе республиканской номинации одного из своих.

21 января 1911 года была основана Национальная лига прогрессивных республиканцев во главе с Лафолетом. Новая Лига стремилась ко всем без исключения целям прогрессивистов: инициативе, референдуму, отзыву, прямым «праймериз», прямым выборам делегатов на съезды, прямым выборам сенаторов, запрету монополий, признанию профсоюзов и охране природных ресурсов. 16 октября 1911-го Лига на своем съезде в Чикаго рекомендовала Лафолета в качестве республиканского кандидата в президенты.

Однако у Лафолета не было необходимого числа поклонников по всей стране. Более того, когда он выступал с речью 6 февраля 1912 года, у него случилось что-то вроде помутнения сознания, и это неприятно поразило многих его последователей. Вследствие чего резко усилились голоса тех, кто предлагал, чтобы место Лафолета занял Теодор Рузвельт, и Рузвельт был не прочь поговорить об этом.

Он объявил о своем решении в газетном интервью, приняв позу того, кто принимает вызов на ринге, желая драться за приз (в те дни на сельских ярмарках, когда боксер вызывал на бой всех и каждого, тот, кто принимал вызов, подтверждал это, бросая свою шляпу на ринг). Итак, Рузвельт сказал: «Моя шляпа на ринге. Драка уже идет, и я раздет до трусов». С той поры выражение «бросить шляпу на ринг» вошло в американский политический сленг, означая «вступить в политическое соревнование».

Рузвельт ввязался в борьбу в своей обычной энергичной манере. Это были первые выборы, в которых учитывались результаты прямых «праймериз». Они проводились в нескольких штатах, и Рузвельт посетил каждый из них, чтобы посоревноваться за выдвижение с Тафтом, — и в каждом из них победил. К тому моменту, как в Чикаго 18 июня 1912 года открылся национальный республиканский съезд, у Рузвельта было 278 делегатов, обещавших голосовать за него, а у Тафта — только 46. Лафолет, упрямо остававшийся в гонке, отказался уступить Рузвельту и нападал на него с таким бешенством и злобой, что вредил самому себе. Он получил лишь 36 голосов делегатов съезда.

Но все это не имело значения. Когда собрался съезд, выяснилось, что его организация полностью контролируется и при малейшей возможности тех, кто не будет голосовать за Тафта, на съезд не допустят. Поэтому делегатам Рузвельта пришлось уйти.

После этого Тафта и Шермана быстро выдвинули в качестве республиканских делегатов в президенты и вице-президенты. Однако за шесть дней до выборов, 30 октября 1912-го, Шерман скончался в Ютике, Нью-Йорк, и его в большой спешке заменили на Николаса Мюррея Батлера (род. в Элизабете, Нью-Джерси, 2 апреля 1862