Читать «Том 13. Дневник писателя 1876» онлайн

как на матерьял, платящий подати, деньгами и повинностями, и не более. <…> Нынешнее царствование решительно можно считать началом конца петербургского периода (столь длинного) русской истории. (Задыхание России в тесных петровских рамках)» (XXI, 268). Важнейшим следствием реформы 1861 г. было, как считал Достоевский, создание условий для сближения с народом образованных людей, которые были с ним разъединены реформами Петра I.

97

…все мы, за двухсотлетней отвычкой от всякого дела, оказались совершенно неспособными даже на малейшее дело…(ср. далее на с. 51:…тут двухсотлетняя отвычка от всякого дела…) — Эта мысль неоднократно повторяется в произведениях Достоевского и черновых материалах к ним.

98

J'y suis et j'y reste! — Неточная цитата из первого действия оперы французского композитора Д.-Ф.-Э. Обера (1782–1871) «Озеро фей» (1839) по либретто О.-Э. Скриба (1791–1861). В этом виде фраза приобрела известность и стала крылатым выражением как изречение Мак-Магона, которое нередко цитировалось в русской печати. Согласно одной версии, Мак-Магон ответил этими словами 8 сентября 1855 г. на предупреждение высшего командования о том, что русские намерены взорвать занятые им укрепления на Малаховом кургане. По другой версии, во время дебатов в Национальном собрании 18 ноября 1873 г. по вопросу о продлении полномочий Мак-Магона как президента республики этими словами охарактеризовал Мак-Магона (и приписал их ему) в своей речи маркиз А.-Б. де Кастеллане (1844–1917), которому это выражение было подсказано его женою.

99

Славянский комитет — Московский славянский благотворительный комитет был основан в 1858 г. для оказания помощи школам, библиотекам, церквам в славянских землях и славянам, учившимся в России. Позднее были организованы отделения комитета в других городах (Петербургское — в 1868 г.).

100

…я только что прочел в «Братской Помочи» — давно уже просвещен и «образован». — Статья славянофила К. С. Аксакова (1817–1860) «О современном человеке», посмертно опубликованная в сборнике: «Братская помочь пострадавшим семействам Боснии и Герцеговины». Издание Петербургского отдела Славянского комитета. СПб., 1876. С. 241–288. (Достоевский был членом комиссии по изданию этого сборника). Идеальной формой объединения людей К. С. Аксаков считал «общество», имея в виду «такой акт, в котором каждая личность отказывается от своего эгоистического обособления не из взаимной своей выгоды, <…> а из того общего начала, которое лежит в душе человека, из той любви, из того братского чувства, которое одно может созидать истинное общество» (с. 255). Развивая это положение, он писал: «Так как общество, в своем высоком, настоящем смысле, не есть натуральное, прирожденное явление человека, то для понимания и признания общества как начала нужен уже подвиг духовный. По отношению человека к великому вопросу общества можно судить о степени образования человека, принимая слово образование в смысле духовной высоты. Русский народ понял общество важно и строго; оно явилось у него с незапамятных времен, во всей истине своего значения и получило свое русское многознаменательное наименование: мир. Вот почему так высоко стоит по образованию своему русский крестьянин, весь проникнутый доселе своим древним началом общества, мира» (с. 256–257).

101

Сергий — Сергий Радонежский (в миру: Варфоломей Кириллович, ок. 1315 или 1319–1392) — основатель и игумен Троице-Сергиева монастыря вблизи села Радонежа (около современного г. Сергиев Посад Московской области), святой русской православной церкви. Сергий Радонежский был видным церковным и политическим деятелем, сторонником укрепления великокняжеской власти. Он активно содействовал объединению русских князей перед Куликовской битвой.

102

Феодосий Печерский (ум. 1074) — основатель и игумен Киево-Печерского монастыря, святой русской православной церкви.

103

Тихон Задонский (в миру: Тимофей Савельевич Соколов, 1724–1783) — епископ воронежский и елецкий, святой русской православной церкви, которого Достоевский, как он писал А. Н. Майкову 25 марта (6 апреля) 1870 г., «принял в свое сердце давно с восторгом».

104

…обращусь лучше к нашей литературе: всё, что есть в ней истинно прекрасного, то всё взято из народа, начиная с смиренного, простодушного типа Белкина, созданного Пушкиным. У нас всё ведь от Пушкина. — Точка зрения, согласно которой образ Белкина воплощал типические черты русского народного характера и знаменовал поворот к народу Пушкина, сложилась у Достоевского в начале 60-х гг. на основе почвеннических взглядов, в частности, под влиянием А. А. Григорьева, развинавшего сходную концепцию («Взгляд на русскую литературу со смерти Пушкина», 1859; «И. С. Тургенев и его деятельность. (По поводу романа «Дворянское гнездо»)», 1859; и др.). Тогда же сформировалось и Ьпрдставление Достоевского о Пушкине как предтече всех последующих исканий и всего дальнейшего развития русской литературы и общественной мысли. Ср. эту же мысль в июльско-августовском «Дневнике писателя» за 1877 г., гл. II, § 3 «„Анна Каренина“ как факт особого значения». Обобщающую оценку Пушкина Достоевский дал в речи, произне-Егиной 8 июня 1880 г. на торжественном заседании Общества любителей российской словесности по случаю открытия в Москве памятника поэту.

105

…преклониться пред правдой народной и признать ее за правду, даже и в том ужасном случае, если она вышла бы отчасти и из Четьи-Минеи. — Четьи-Минеи — сборники духовно-учительной литературы, в которых материал для чтения распределен по месяцам и числам. В XIX в. преимущественное распространение имели «Четьи-Минеи» Димитрия Ростовского (Даниил Савич Туптало, 1651–1709), составленные в конце XVII в. из житий святых. В июльско-августовском выпуске «Дневника писателя» за 1877 г. (гл. III, 3) Достоевский отмечал, что «по всей земле русской чрезвычайно распространено знание Четьи-Минеи <…> распространен дух ее по крайней мере…».

106

Предсказывают, например, что цивилизация испортит народ — (Я думаю, никто ведь не заспорит, что мы начали нашу цивилизацию прямо с разврата?) — Очевидно, эти мысли Достоевского связаны с впечатлением от статьи К. С. Аксакова «О современном человеке», в которой неоднократно говорилось о развращающем влиянии на русское общество со времени петровских реформ западной цивилизации. Ее растлевающее воздействие, указывал К. С. Аксаков, проникает и в народную среду, хотя в массе народ сохраняет еще «свои древние основы быта и жизни», «свои начала» (Братская помочь… С. 252–253, 273–274). Несколько страниц в статье посвящено «губительной силе» «света», и, в частности, говорится: «Уже полтораста лет русское общество приняло (мы говорим об отделившихся от народа верхних классах) образ света со всеми принадлежностями и последствиями и со всем его гибельным вредом для каждого человека как лица, и даже для всего народа (…). Вместе с появлением света в России началась приятная безнравственность» (там