Читать «Охота на Мясника» онлайн
Константин Алов
Страница 57 из 101
Дрянь был очень осторожен. Грека попытался пропасти диллера до самой нычки, где тот прятал свой товар, но тот все время "кусался" останавливался и проверялся на предмет слежки. Когда Дрянь скрылся в подъезде, Грека за ним не пошел, чтобы не проколоться.
Брать наркодиллера с одной дозой смысла не было. Хрен докажешь кто кому ее продавал. Крюков зарядил пятерых своих мелких стукачей.
Они должны были по очереди отовариться у Дряня, после чего Крюков вешал ему хомут, а они давали на наркоторговца показания. Дело несложное, но хлопотное и требующее некоторой организации.
Крюков выпустил первого покупателя и принялся ждать. Дрянь только что принес порцию отравы и разбирался с очередным клиентом. Неожиданно на тротуар возле них вылетела черная волга с мигалкой. Из распахнувшихся дверей выскочила "двойка нападения". Полковник Старшинов с видом победителя оглядел наркоторговца и его покупателя. Он возмущенно ткнул в их сторону пальцем и крикнул своему заместителю:
— Смотри, майор, среди белого дня торгуют наркотики!
Майор Майоров вылупил глаза и заметил на другой стороне улицы Птенчика, который безуспешно пытался спрятать тело крупное за маленькой хрущовской пятиэтажкой.
— А вон и наши орлы, — наябедничал майор. — Как всегда оказались не в том месте и не в то время.
Дрянь, подумав, выплюнул изобличающий его, лет этак на пять, шарик с товаром и поддал его ногой. Серебристый плевок отлетел в грязную снеговую лужу, по которой тут же прошлись колеса автобуса.
Птенчик, а за ним и Крюков с обескураженным видом приблизились к разгневанному начальнику.
— А вот и наша доблестная милиция! — поприветствовал их полковник. — Очень жаль, Крюков, что вы так безграмотно несете службу. Я был о вас лучшего мнения. К майору хотел представить. А теперь придется вам отпуск на зиму перенести.
— Который? Я еще за позапрошлый год не отгулял. У нас если не выборы, так государственный переворот, не понос, так золотуха. Я уже забыл, как выходные выглядят. Эври день на ремень.
— Да? Ну вот и отгуляйте. Отдохните, подумайте как следует — как нам с вами дальше работать. И мы подумаем. Через час жду вас в управлении.
И его машина, сверкнув проблесковыми огнями и окатив стоявших на остановке грязной водой из лужи, исчезла вдали.
Убедившись, что гроза миновала, из-за киоска с мороженым появился Грека:
— Он что, полный мудак? — кивнул он в сторону, куда скрылось руководство управления.
— Нет. Это мы мудаки, потому что он нами руководит, — дал разъяснение Крюков. — слушай, Птенчик, будь другом, дай этому знайке в лоб, а то он сейчас еще что-нибудь спросит.
— И спрошу! — раскипятился Грека. — Какого хрена ты не объяснил этому идиоту, что он нам сорвал операцию?
— Вот сам и объясни. В конце концов это у тебя дядька в министерстве работает, а не у меня. Позвони ему и настучи. А я лучше пойду в народное хозяйство честным путем деньги зарабатывать.
— Во-первых теперь говорят не в "народное хозяйство", а в "частный сектор", — поправил Грека. — А во-вторых честным путем ты не умеешь.
И на роже у тебя "ноль-два" написано. Куда ты денешься?
— Сам не уйду, так начальство поможет, — резюмировал Крюков. — Ладно, пошли хоть напоследок пива в рабочее время попьем. Втыки на пиво легче ложатся. Меньше стресса.
* * *
Через час бригада Крюкова в полном составе подгребла к управлению. Крюков первым делом сунулся к дежурному:
— Распечатки из информационного центра, которые я заказывал пришли?
— Пришли и ушли, — проворчал дежурный. — Сам Старшинов забрал. А с ним какой-то хмырь с комитетской рожей приперся. Ух и навешают тебе!
Ты знаешь что? — дежурный поманил Крюкова пальцем.
— Что, — доверчиво наклонился к нему Крюков.
— Когда к начальству пойдешь, штаны переодень ширинкой назад.
Тогда их снимать не придется. И мыло захвати! Ха-ха-ха! За совет с тебя причитается! — залился он здоровым детским смехом.
Крюков разыскал в кармане монетку рублевого достоинства и ловко забросил ее в широко распахнутый рот сатирика.
— Получи. Сдачи не надо.
Рот дежурного рефлекторно захлопнулся, зубы щелкнули:
— Козел ты, Крюков! Я же чуть язык не откусил!
— Ничего бы не потерял. Собственный язык — первый враг дурака.
— Сам дурак! Она же грязная! — дежурный извлек изо рта монетку.
— По статистике только каждая вторая монета заражена стафилококками, — утешил его Крюков. — Ты что, сегодня до меня уже один рублишко за щеку принял? Нет? Значит тебе повезло — эта монетка только первая.
И он направился к себе в отдел, гнусаво напевая:
— Почему же почему все не любят тут меня?
Александр Абрамыч Галкин, начальник отдела оперативной разработки, в котором работал Крюков, встретил его хмуро:
— А, вот и вы, Крюков? Зайдите к Старшинову. Обзвонился.
— Вы в курсе относительно нашей сегодняшней работы? — поинтересовался у него Крюков.
— Начальники наши ниспосланы нам за грехи наши, — проворчал Галкин. — Вы, Крюков, видно, очень большой грешник.
По причине иудейского происхождения он был вечным майором, точно так же, как Крюков (правда по иным причинам) — вечным капитаном. Майор Галкин давно не имел иллюзий, хотя и считал себя оптимистом. На унылое пессимистическое "хуже некуда" он всегда бодро замечал: "Ну что вы, будет и хуже"!
В кабинете полковника Старшинова околачивались его заместитель майор Майоров и неизвестный с казенной рожей гебешника. Приглядевшись Крюков узнал в нем того самого типа, что приезжал на дачу генерала Лентулова. Либо всем троим было нечего делать, либо они ждали именно Крюкова. Он допускал и то, и другое.
— Полковник был суров:
— Это ваше?
Он потряс в воздухе стопкой листов с таким видом, словно это были крапленые доллары с голыми бабами или сатирический пасквиль на семью президента. Но это была всего лишь распечатка сведений по банку Зелинского, заказанная Крюковым в информационном центре.
— Наше.
— И как это понимать? Вместо того, чтобы бороться с распространением наркотиков, вы, Крюков, занимаетесь сбором компрометирующих материалов на финансовую группу "Ипсилон"! Это что, политический заказ?
— Вам полный отчет по оперативной разработке представить? При посторонних? — Крюков кивнул в сторону незнакомца.
— Это наш товарищ, полковник ФСБ Спицын.
— Даже если это ваш лучший друг или родственник, я не имею права разглашать в его присутствии секретную информацию.
— Я вам приказываю! — от напряжения в голосе полковника бронзовая чернильница на столе раскалилась докрасна.
— Приказывать — ваше право. Только в письменной