Читать «Королевский двор в Англии XV–XVII веков» онлайн

Постельничий был старшим среди всех камергеров двора. Он руководил штатом слуг королевской спальни. Среди слуг спальни существовало определенное распределение обязанностей. Камергеры-спальники выполняли, в основном, представительские и церемониальные функции, составляя постоянную свиту короля. Они были помощниками обер-камергера, могли замещать его. Камергеры попеременно дежурили в спальне короля, обязательно сопровождали его во время поездок, участвовали в церемониальном облачении государя. Когда король обедал в спальне, камергеры выполняли функции стольников. Обычно они назначались из числа знатной молодежи рыцарского достоинства. Многие из них были друзьями и компаньонами Якова I и получили свои посты за прежние заслуги и (или) ввиду высокого социального положения среди шотландской знати.

В первые годы правления один из камергеров спальни Джордж Хоум, с 1605 г. граф Данбар, был главным «политическим фаворитом» короля, его ведущим советником. Через Хоума, который одновременно был казначеем Шотландии, Яков I контролировал шотландские дела и продвигал программу англо-шотландской унии. В 1607 г. после ее провала в парламенте Хоум возглавил комиссию по управлению пограничными территориями с юрисдикцией в том числе и над английским землями. В 1608 г. он стал кавалером Ордена Подвязки. Хоум внезапно умер в Уайтхолле в начале 1612 г. Позднее распространялись слухи о его отравлении Сесилом, с которым у него были напряженные отношения.

Камер-юнкеры, или грумы «королевской спальни» (Grooms of the Bedchamber), во время дежурства готовили королевскую постель, следили за сохранностью и качеством постельного белья, участвовали в церемонии королевского облачения. Ночью двое из них должны были спать на тюфяке в комнате, соседней с королевской спальней (withdrawing chamber). В знак королевского расположения к гостю и подтверждения его высокого достоинства камер-юнкеры могли сопровождать при дворе знатных персон во время проведения торжественных церемоний, театральных представлений, балов и маскарадов. Несмотря на то что камер– юнкеры по статусу были ниже, чем камергеры, они имели не меньше, а возможно больше возможностей для участия в системе придворного патроната, так как их лакейские обязанности требовали постоянного присутствия при короле, в отличие от старших членов спальни. Камергеры выполняли более значимые и ответственные, но единоразовые королевские задания, а камер-юнкеры – повседневные и рядовые, но более частые и регулярные. Почти все грумы спальни Якова I неоднократно упоминаются в календарях государственных бумаг в качестве посредников в прохождении различных прошений на имя короля и министров. Их близость к монарху позволяла получать хотя и не столь впечатляющие, но многочисленные земельные и денежные пожалования, а также различные привилегии вне двора.

Камер-пажи «королевской спальни» выполняли в основном хозяйственные обязанности, прибирая и обслуживая королевскую опочивальню, поддерживая в ней порядок. Например, они разводили и поддерживали огонь в королевских покоях, отвечали за стирку постельного белья. Кроме того, они обслуживали постельничего и камергеров спальни, нередко спавших в спальне короля или поблизости с ней. Камер-пажи в качестве королевской свиты также участвовали в церемониях и празднествах, сопровождая членов королевской семьи и знатных дам.

Интересно, что грумы и пажи – это не обязательно юноши, некоторые из них служили королю по 10–15 лет и больше. Например, шотландец Джон Карс служил камер-пажом в 1603–1616 гг., притом, что еще в 1591 г. он упоминается как один из слуг королевской палаты Якова в Шотландии[396]. Статус камер-пажа был менее престижным и более неоднозначным, чем положение других членов «спальни». С одной стороны, они выполняли обязанности обыкновенной прислуги, ими могли быть обыкновенные личные слуги высших придворных[397]. С другой стороны, в силу своей близости к монарху они рассматривались как важные придворные персоны. Когда в 1617 г. Александр Фостер получил должность бейлифа в Гламорганшире, король и Совет обратились к местному шерифу с письменным предписанием обеспечить выполнение этого пожалования, поскольку «этот джентльмен являлся настолько близким слугой его величества, одним из пажей спальни, что (он) достоин пользоваться преимуществом от королевского расположения»[398]. Характерен разрыв в жаловании между слугами «спальни»: в 1605–1606 гг. камергеры получали 200 фунтов в год, камер-юнкеры 100 фунтов, а пажи только 13 фунтов, 6 шиллингов и 8 пенсов[399]. Только близость к монарху и право свободного доступа в спальню не давали камер-пажам опуститься до положения рядовых слуг.

Одним из способов контроля слуг спальни над государственными и придворными структурами стала практика совмещения постов. Многие камергеры и камер-юнкеры спальни получали прибыльные должности и нередко руководили другими субдепартаментами. Через своих слуг Яков I получал доступ к различным финансовым источникам и административным рычагам королевства и проводил выгодную ему политику. Например, тот же Джордж Хоум был хранителем личной королевской казны, заместителем лорд-казначея и возглавлял большой и малый королевские гардеробы, то есть контролировал средства, отпускаемые на снаряжение (livery) почти всех придворных слуг и чиновников центральных ведомств.

Таким образом, на штате «королевской спальни» лежала основная часть забот о повседневном обслуживании короля, он составлял его ближайшее окружение и постоянную свиту. Королевские спальники одновременно являлись и слугами, и друзьями, и охранниками, и фаворитами государя. В начале XVII в. им удалось отодвинуть на второй план членов других субдепартаментов королевской палаты, стать личной опорой власти короля.

По сравнению с елизаветинским периодом резко снизилось значение слуг «ближней палаты» (Privy Chamber). В тюдоровский период это была ведущая служба двора. В 1632 г. камергеры «ближней палаты» короля подали Карлу I петицию, в которой жаловались на то, что после 1603 г. их положение сильно изменилось, в то время как до этого момента они имели самый близкий доступ к королеве[400]. При Якове I Стюарте эти слуги были фактически лишены того исключительного положения при дворе и той близости к монарху, которым они обладали при Тюдорах. Они перешли под контроль и юрисдикцию лорд-камергера палаты, а их обязанности по обслуживанию повседневной жизни монарха были переданы слугам «королевской спальни». Естественно, что вместе с этим они потеряли былое политико-административное влияние. За слугами «ближней палаты» остались почти исключительно церемониальные функции[401]. Особенно это стало заметно при Карле I, когда джентри отказывались занимать должности в «ближней палате», мотивируя это тем, что они не обеспечивали доступ к монарху[402]. Нередко слуг «ближней палаты» использовали в качестве дипломатических курьеров, отправляемых на континент[403].

Первоначально слуги «ближней палаты» встретили Якова I с надеждами сохранить то высокое положение, которым они обладали при елизаветинском дворе. Многие из них последовали в Шотландию, чтобы присягнуть Стюарту еще на его пути в Лондон и закрепиться в его свите. Поначалу Яков I поддерживал надежды елизаветинских слуг, благосклонно принимал их клятвы верности и возводил их в рыцарское достоинство[404]. Но вскоре Яков I обнаружил свои истинные намерения в отношении слуг елизаветинской «ближней палаты»: по прибытии в Тауэр 11–13 мая 1603 г. он резко увеличил ее штат и ввел в нее всех исключенных из «спальни» англичан и двадцать маловлиятельных шотландцев.

Реорганизованная яковитская «ближняя палата» была устроена на паритетной основе как символ будущей англо-шотландской унии. В ее состав в качестве камергеров входили 24 шотландца и 24 англичанина. Они дежурили по 12 человек в течение трех месяцев, по шесть человек от каждой нации. Помимо них в штат вошли 4 камергера-привратника и 12 камер-юнкеров. В июне 1610 г., чтобы продемонстрировать Парламенту желание короля сократить расходы двора, штат камергеров «ближней палаты» был сокращен до 32 человек, но вскоре снова увеличен. В 1625 г. на похоронах Якова I присутствовало 70 камергеров «ближней палаты».

Обычно в ближней палате дворца проходили аудиенции с министрами, послами и другими официальными лицами, а также полуофициальные обеды, которые любил устраивать Яков I. Ее пространство стало промежуточным звеном между закрытой королевской спальней и остальным двором, «внешними» палатами, где монарх представал перед подданными.

В штат «ближней палаты» входили камергеры-привратники (gentlemen ushers of the Privy Chamber), камер-юнкеры (grooms of the Privy Chamber) и действительные камергеры, или камердинеры (gentlemens in ordinary). Всего в разное время насчитывалось от 18 до 40 штатных и около 200 внештатных, или экстраординарных, камергеров (extraordinary gentlemen). Все вышеперечисленные слуги выполняли свои обязанности поквартально, то есть в течение трех месяцев в году. Их обязанности не были четко определены и не являлись обременительными. Во время своей смены они должны были присутствовать в палате и прислуживать находящимся в ней персонам. В штат «ближней комнаты» также входил королевский цирюльник (king’s barber).