Читать «Записки министра госбезопастности. ДНР, как все начиналось» онлайн

Операция была плохо проработана. Обошлось без погибших, но было много раненых, при отходе утеряли часть оружия и транспорта. В связи с этим Антюфеев поручил возбудить в отношении Баранова уголовное дело, задержать и освободить от должности. Баранов скрылся в России.

Здесь был еще один некрасивый частный случай, который тоже потом мелькнул в СМИ. Зайдя в кабинет Баранова, Антюфеев столкнулся с его секретаршей. Девушка не оказала необходимых, как показалось первому вице-премьеру, реверансов человеку, который, по ее мнению, необоснованно преследовал ее начальника. Владимир Юрьевич приказал даму арестовать. Оснований к аресту не было никаких, что, однако, не помешало выполнить этот приказ. По сути, она выступила заложницей.

Вернувшись и узнав о последних событиях, я приказал девушку отпустить немедленно. После освобождения пригласил ее к себе и извинился за произошедшее. Потом спросил, как ее содержали. Рыдая, молодая худенькая рыжеволосая девчонка, искренне поддерживающая до этого ДНР, рассказала, что несколько дней подряд в полусогнутом положении была пристегнута к батарее под раковиной санузла. Стало очень неприятно и стыдно перед ней.

Тогда же я отменил приказ о постоянной трансляции на местном телевидении информации о розыске Баранова. Реальных оснований для таких действий тоже не было. С учетом того, что Баранов был командиром для нескольких боевых подразделений, конфликт с ним спровоцировал внутренний раскол в боевых частях МГБ. Некоторые присягнули Антюфееву, другие остались верны Леониду.

Я обнулил все эти конфликты. Теперь единственным начальником для них всех был я. А у меня был один противник – спецслужбы Украины, и добавлять внутренний раскол к этому не было никаких причин.

События в отношении Баранова обострили отношения Владимира Антюфеева и с Андреем Пургиным, тоже занимающим пост первого вице-премьера. Дело в том, что костяк окружения Баранова составили активисты организации «Донецкая Республика», отцом-основателем которой являлся Пургин.

Одним из наиболее известных его сторонников был Александр Матюшин, позывной Варяг, который от имени коллектива сделал в СМИ ряд резких заявлений в отношении Антюфеева. Несмотря на то что Антюфеев с Пургиным находились в равнозначных должностях, Владимир Юрьевич решил, что он главнее. С учетом роли Андрея Евгеньевича Пургина в событиях на Донбассе, такое мнение представлялась сомнительным.

К тому времени Пургин уже много лет в регионе отстаивал идеи Русского мира, регулярно преследовался и арестовывался украинскими спецслужбами и делом доказал свой авторитет. Но, обладая внешностью и повадками неформала, которые не соответствовали его пытливому уму пророссийского национал-патриота, Пургин не сошелся характером с Антюфеевым, тоже позиционирующим себя многолетним защитником интересов России на дальних подступах (хоть и вне Донбасса), но с имиджем ястреба-правоохранителя. Как следствие – прозвучавшие в то время в СМИ заявления о госперевороте в Донецке, истеричные требования и прочее, будоражащее и так раскаленную обстановку.

Ситуация в медийной сфере разогревалась на фоне скандала, спровоцированного СБУ. В июле 2014-го украинские спецслужбы перехватили и опубликовали в прессе и ю-тубе телефонный разговор Антюфеева и лидера ЛДПР Владимира Жириновского.

Дело в том, что однажды утром, после очередной неспокойной, наполненной выстрелами, взрывами и ожиданием прорыва врага ночью, Владимир Юрьевич решил внести свою лепту в принятие ключевых решений, о чем сообщил на завтраке.

К этому времени он уже инициативно позвонил Владимиру Вольфовичу, которого знал по приднестровскому периоду, и, заявив, что «существование ДНР идет на часы, и мы не справимся с обороной», потребовал, чтобы лидер ЛДПР предпринял меры по открытому вмешательству России в конфликт.

Естественно, противник не преминул этим воспользоваться как доказательством вмешательства России, хотя аргумент был совершенно ничтожным, а сам звонок не создал никаких последствий. Но он повлек последствия для самого Владимира Юрьевича, потому что в итоге стал формальным поводом для отставки и отправки в Россию. Антюфеев очень не хотел уезжать и даже попытался оправдаться тем, что звонок был совершен после коллективного обсуждения и ходатайства коллектива, что, конечно, было неправдой.

К тому времени Антюфеев уже организовал задержания заместителя Стрелкова Виктории Кривоносовой (Вики-Вики), Абвера и командира батальона ополчения под позывным Керчь (Вадима Погодина), подчиняющегося Хмурому. Он очень гордился этими действиями, считая, что сделал большое дело, «наводя порядок».

В самих мероприятиях был определенный смысл. Абверу задержание хотя бы спасало жизнь. По Вике-Вике вопросы были реальные. Но спешка Владимира Юрьевича и нежелание учитывать аспекты обстановки сыграли злую шутку. Подожди он несколько дней до выхода Стрелкова, который уже какое-то время был отстранен от должности, и шума из-за Кривоносовой не было бы. Но он решил вставить Стрелкову шпильку и задержал ее не мешкая, что привело к соответствующей реакции, очередной истерике Игоря Всеволодовича с попыткой выяснения отношений.

Взаимный конфликт Антюфеева и Стрелкова, корни которого крылись в предыдущих крымских событиях и личностных качествах, первоначально развивался на моих глазах. Оба героя были крайне амбициозны, самолюбивы, не сомневались в своих исключительных заслугах перед Родиной, что, в свою очередь, требовало явного пиетета от окружающих и ответной реакции Родины.

Когда, по мнению Антюфеева, этот пиетет не был выказан в полной мере Стрелковым (хотя, надо сказать, в этом вопросе Игорь Всеволодович вел себя вполне нормально), Антюфеев просто перестал ездить на военные советы Стрелкова со словами «он сам ко мне приползет». Далее уже Стрелков воспылал явной неприязнью к пожилому генералу. В общем, нашла коса на камень.

По Керчи тоже все было неровно. Плохо спланированная операция привела к тому, что при задержании, в ходе которого Керчь не оказывал сопротивления, был убит случайный человек. Им оказался друг и водитель нового министра обороны Владимира Кононова (Царя).

Кроме этого, пришлось резко рвать стоп-кран уже запущенных Владимиром Юрьевичем процессов по «самообеспечению» силовых структур. На нас с подачи противника и так пытались навесить ярлыки мародеров и преступников. Нельзя было давать к этому никаких фактических оснований, пусть и в ущерб создаваемым организациям.

В общем, наряду с первыми шагами по строительству ведомства пришлось с ходу устранять допущенные ошибки.

Глава 8

Здесь будет МГБ

Новая база

Возник вопрос и с расположением Министерства государственной безопасности ДНР и в Донецке, и в регионах. Ведомство росло и не могло уже соседствовать с полицией. Тогда 12 сентября 2014 года на заседании очередного кабмина я вынес предложение о передаче под МГБ комплекса зданий на бульваре Шевченко в Калининском районе Донецка, ранее принадлежащих Апелляционному областному донецкому суду, а также соседних зданий районного отдела контрольно-ревизионного управления и одной из налоговых.

Кроме этого, узаконивалось закрепление за МГБ еще ряда помещений, необходимых для работы, с учетом профессиональной специфики, которые мы выбрали по городу и окрестностям.