Читать «Плохие русские. Кино от «Брата» до «Слова пацана»» онлайн
Антон Владимирович Долин
Страница 91 из 127
«Почему мэр Лужков не инспектирует стройплощадку Купцова? Когда ПВО МО наконец шмальнет по мельтешащему в закрытом небе столицы объекту? Является ли повсеместное внедрение нанокатализаторов залогом медведевской модернизации?»
Зато игнорирование настоящего позволяет дать неоправданную надежду на будущее. Ее воплощают бессребреник Дима и простодушная Настя. Собравшись отметить Новый год с мамой Димы, в итоге они встречают его на Красной площади, в толпе счастливого народа. Энергетическим эпицентром, как позже в выполненных той же командой «Елках», оказывается Кремль, в небе над которым Черная молния одерживает символическую победу в борьбе с сидящим за рулем «Мерседеса» Купцовым. Ретроавтомобиль — символ триумфа над западными ценностями. Недаром отец Димы хвалился, показывая на «Волгу»: «У Путина такая же».
Неудача «Черной молнии» надолго выбила из колеи отечественных экспериментаторов, с завистью смотревших на кассовые успехи голливудских кинокомиксов. Следующая попытка пришлась на 2017 год. «Защитники» Сарика Андреасяна, очевидно, ориентировались на модель «Мстителей» Marvel и «Лиги справедливости» DC, то есть историю о команде супергероев. Картина вызвала негодование критиков и едва вышла в ноль, собрав миллион зрителей.
Позволю себе цитату из собственной рецензии в «Медузе», которая дает представление о конструкции фильма:
«„Защитники“ — идеальный пример карго-культа: когда в надежде привлечь самолеты строятся аэропорты из соломы и пальмовых листьев. Андреасян построил из фанеры целый аэроплан, который должен, по замыслу автора, взлететь на горючем патриотизма, но на расстоянии, с земли, обязан при этом выглядеть в точности как иностранный „Боинг“. Сюжет даже стандартным не назовешь: такой примитивный набор клише постеснялся бы предлагать публике любой другой режиссер. Злодей со смутным намерением управлять миром захватил Москву, и тогда власти достали с окраин бывшей империи прозябающих там бессмертных мутантов — результат бесчеловечных (но, как выясняется, небесполезных) экспериментов сталинской эпохи. Те моментально согласились, объединились и пошли воевать с негодяем в составе Центра специальных операций „Патриот“».
Андреасян объединяет в команду своих «Защитников» представителей бывших республик СССР, реставрируя ностальгическую утопию. Среди них казах Хан (Санжар Мадиев), способный очень быстро бегать, мистически управляющий камнями армянин Лер (Себастьян Сисак-Григорян), предположительно украинка, обаятельная Ксения (Алина Ланина), которую нашли в районе Севастополя, — она обладает способностью становиться невидимой в воде. Русский участник группы — Арсус (Антон Пампушный), медведь-оборотень из сибирской тайги, недаром носящий обличье символа путинской партии «Единая Россия».
Защитники и их кураторы из Министерства обороны РФ разговаривают как ведущие программы теленовостей на условном федеральном канале. «Может, познакомимся, прежде чем я тебя ликвидирую?» — игриво спрашивает Ксения. «Я перехожу во вторую фазу полной трансформации», — флегматично констатирует оборотень Арсус. «Я убиваю людей. Плохих людей», — бесстрастно информирует Хан. А Лер тихо молится по-армянски в затерянном монастыре — должен же кто-то в квартете отвечать за духовность.
Еще цитата из той же статьи:
«„Защитники“ — замечательное наглядное пособие по нынешней концепции патриотизма. Это коллективная готовность сражаться, беспрекословно подчиняясь приказам Минобороны (притом что как минимум двое Защитников не являются гражданами России), против любого одиночки-энтузиаста — его усилия априори могут быть только деструктивными, никакими больше. Единственная идеология — готовность убивать тех, кого назначат врагом твои кураторы. Тогда в финале, глядя на Кремль с мостика у храма Христа Спасителя, ты сможешь насладиться тишиной. Правда, ненадолго: судя по финалу, Андреасян уже готовит сиквел».
Сиквела не случилось. Аляповатость «Защитников» возмутила и рассмешила даже тех, кому, по идее, могла польстить идеологическая начинка фильма. Это окончательно поставило крест на идее российского супергеройского блокбастера.
Алексей Литовченко в официальном печатном органе правительства РФ, «Российской газете» писал:
«Фильм Сарика Андреасяна „Защитники“ — это плохо. Впрочем, кто бы сомневался. Вопрос в другом: насколько это плохо? Максимально. Хуже, чем можно представить».
Справедливости ради, хоть и не в оправдание «Защитников», можно сказать, что к тому времени идея супергеройского кино уже начала исчерпывать себя. Свой последний пик она пережила в 2019-м, с выходом четвертого фильма «Мстители» корпорации Marvel, после чего начался закат жанра кинокомикса.
Как найти в фильме-катастрофе баланс между эскапизмом и реалистичностью угрозы, верную пропорцию между стремлениями напугать зрителя и утешить его? Лучший ответ дал режиссер «Легенды № 17» Николай Лебедев, с той же продюсерской командой, что и фильм о хоккее («ТриТэ» и «Россия 1»), поставив блокбастер «Экипаж» (2016). Название и тематика были позаимствованы из легендарного хита советских лет — «Экипажа» Александра Митты (в 1980 году он собрал более 70 миллионов зрителей). Создатели выкупили права на название и заручились благословением Митты, но подчеркивали, что снимали совершенно самостоятельное кино, а не сиквел или ремейк. В 2016-м новый «Экипаж» собрал более полутора миллиардов рублей и свыше пяти миллионов зрителей — для современной РФ впечатляющие показатели.
Структура советского «Экипажа» в картине Лебедева сохранена. Первая половина посвящена представлению персонажей и рассказу об их сложной семейной и профессиональной жизни. Вторая разворачивается в далеком вымышленном городе, где экипаж сплоченно спасает от катастрофы мирных жителей. Первый акт — драма, второй — приключения.
Тут тоже два главных героя, один молодой, другой опытный. Алексей Гущин (Данила Козловский) талантлив, но норовист, а потому теряет одну работу за другой. В первой же сцене фильма его увольняют из грузовой авиации за непокорность: чтобы безопасно доставить гуманитарную помощь пострадавшим от наводнения и игрушки в детский дом, он самовольно выбрасывает за борт джип с подарочной ленточкой, который какой-то генерал вез в подарок детям другого начальника. Когда Гущина решают принять стажером в маленькую, но все-таки столичную авиакомпанию, он оказывается под началом второго центрального персонажа — командира экипажа ТУ-204СМ Леонида Зинченко (Владимир Машков).
Лебедев посвятил свою картину Митте, который даже появляется на экране, наблюдая за инструктажем пилотов. Но и сам сыграл в эпизодах тренера-инструктора. Есть в фильме и актриса первого «Экипажа» Александра Яковлева, завоевавшая культовый статус именно благодаря той картине, где она сыграла неслыханно откровенную по советским меркам сцену. У Лебедева в качестве необязательного оммажа тоже есть эротический эпизод с персонажами Козловского и Агне Грудите, исполнившей роль пилота Александры, но он стыдливо размыт мерцающими огнями. Все это выглядит как череда магических действий — попытка вызвать к жизни дух советского кино, несравнимо более популярного и любимого публикой, чем любой новый хит.
Не случайно и появление персонажа отца Гущина. Роль авторитарного и мрачного пенсионера, в прошлом