Читать ««Я – АНГЕЛ!». Часть вторая: «Между Сциллой и Харибдой»» онлайн
Сергей Николаевич Зеленин
Страница 15 из 278
Наш Начальник волостного (районного) управления милиции НКВД, очень хорошо понимает значение школьного воспитания для нашего пролетарского государства, поэтому всё никак не может успокоиться:
— Нет, но всё же — какой пид…арас…?
— Ну, прям так сразу и «пид…арас», не разобрамшись…
Практически не имея новых советских учебников, в Ульяновской средней школе учили детей по старым — ещё царским, которые скупали где только могли, берегли, холили и лелеяли. Конечно, заклеивали в них через-чур уж бросающиеся в глаза «верноподданнические» анахронизмы и наоборот — вклеивая что-нибудь архиважное «на злобу дня».
* * *
Всё же думаю — многое зависело от положения «на местах» и, о том — какие люди стояли у руля образования в каждом конкретном уезде и волости.
Тому, что вопреки всему в Ульяновске удалось за «лихие 20-е» годы подготовить достаточно много грамотных выпускников школ обеих ступеней, надо благодарить его удалённое расположение.
Мы, забытая людьми и Богом и, тем более — высоким столичным начальством, провинция!
Поэтому, нас постоянно «обделяли» учительскими кадрами — вроде Фридриха-педолога, а также — учебниками, методическими пособиями и, главное — финансированием. Всевозможные комиссии и инспекции с проверками тоже — в лучшем случае доезжали лишь до уездного Ардатова, а у нас на полустанке — не все поезда ещё останавливались.
В результате в ульяновской школе преподавали по ещё царским учебникам — ещё старые «имперские» учителя: как свои — так и всё более и более многочисленные приезжие.
Так и дотянули до тридцатых годов.
Только потом — после удачного «географического положения» и, зачастую — просто сказочного везения, может быть — можно вспомнить-упомянуть про свои личные заслуги.
Мне удалось вбить в головы комсомольцев «первой волны» правильные мысли, которые они затем уже самостоятельно — передали-внушили своим последователям, в том числе и своим личным примером.
Ефим Анисимов и Кондрат Конофальский стали «большими людьми» в Нижнем Новгороде — с которыми САМ(!!!) товарищ Жданов за руку здоровается!
Успехи прочих моих ребят: Елизаветы Молчановой, Кузьки-Домовёнка, Саньки да Ваньки — тоже у всех на слуху.
Людская молва обычно приукрашает действительность, конечно — но зато какой пример для подражания!
Ульяновские дети, именно ХОТЕЛИ(!!!) учиться — чтоб быть как…
Более, чем в половине случаев они хотели «быть как Серафим» — говорю без всякой ложной скромности. Ибо, неофициально все знали — «кто здесь самый главный», что всё чаще и чаще — приводило к столкновениям (слава Богу — пока мелким и безвредным!) с ревнующими представителями официальной власти.
В результате на уроках в ульяновских школах — тишина и дисциплина: комсомольская ячейка бдительно следит, чтоб те — кто не хочет учиться, почаще «пропускали» уроки.
Школьное «самоуправление»?
Да, за ради Бог… Маркса!
Но участвовать в нём имеешь право только при наличии успехов в образовании. Если не имеешь их, то кто тебя неуча, допустит к такому важному делу — как школьное управление?
«Я милого узнаю по походке…».
Ещё, что немаловажно.
С подачи наших двух «фанатиков» военного дела — Ваньки да Саньки и моей незаметной поддержке, «муштра» — строевая подготовка, в школе стала модной. Не умеющих ходить строем — наша молодёжь приравнивала к неграмотным и, очень часто слышалось при виде какого-нибудь приезжего паренька с расхлябанной походкой:
— Во! Ещё один неуч из губернии приехал.
— А давай ему морду набьём?
— На фигасе? Он и так как обоср…анный смотрится — с ним ни одна наша девка гулять не захочет.
Вы скажете:
— ХАХАХА!!! Какое отношение имеет муштра к образованию?
Проржавшись, посмотрите на школы Кайзеровской Германии — «взглядом, пилиять, тревёзлым»: большинство учителей там — из отставных офицеров и, строевая подготовка являлась обязательным предметом — от которого из юношей освобождались лишь особо дефективные особи, вроде «наших» навальнят.
Никто из вас не хочет посмеяться над немцами? Над их образованием? Наукой? Промышленностью?
Над «Deutsches Kaiserliches Heer» или «Wehrmacht», в конце концов⁈
Муштра дисциплинирует учеников, а дисциплина улучшает их успеваемость — это однозначно.
Из-за недостатка государственного финансирования (содержание дармоедов из Коминтерна казалось важнее), органы Наркомпроса фактически бросили образование «в глубинке» на «хозрасчёт и самоокупаемость»…
Не беда: «чем хуже — тем лучше» и «Кто девушку кормит, тот её и танцует».
Часть средств «по закону» дали обеспеченные родители, часть — «неизвестные» спонсоры, ещё часть — официальные шефы, вроде производственно-торгового кооператива «Красный рассвет», с его — из год в год растущими в числе «артелями».
Ибо некто Серафим, как-то во всеуслышание сказал:
— Наиболее выгодны для нас вложения в образование.
И с цифрами на руках доказал им сказанное.
Ну а часть необходимых финансовых средств ученики смогли сами заработать в школьных артелях. Например: по разведению грибов (про которые у нас будет отдельная песТня), сбору дикоросов или «на картошке» в Ульяновском подхозе.
Я сделал всё, что мог: чтобы хотя бы в Ульяновской школе первой и второй ступени, по старым учебникам — преподавали учителя-мужчины, желательно — бывшие учителя реальных училищ. Или же бывшие царские офицеры, успевшие послужить в РККА. Таких, я во всех концах огромной страны всеми мне доступными средствами (в основном давая объявление в газеты через Нила Николаевича) разыскивал и, соблазнял к переезду жильём и «надбавками» к окладу.
Кроме уже упомянутого педагогического училища и нескольких школ ФЗУ, в Ульяновске, в 1924 году — началось строительство четырёх новых школ первой ступени, пока деревянных. Через год, в 1925 году заложили фундамент новой, большой — уже кирпичной школы второй ступени.
* * *
А что же «педология», спросите?
Увы! Но все попытки создать бесперебойную систему воспитания «новых людей», с треском провалились. Несмотря на все усилия официальной пропаганды, молодежь конца эпохи НЭПа — вовсе не бредила переустройством мира и не горела революционным энтузиазмом. Более того, к великому ужасу идеологов партии — школьники и студенты никакой тяги к рабочим специальностям не испытывали, а мечтали разбогатеть и заниматься сугубо интеллектуальным трудом[2].
Вполне нормальные желания, кстати.
Ну а потом на смену смелым экспериментам 20-х годов (возможно только благодаря им!) пришли суровые сталинские 30-е, когда педология вполне заслужено — была объявлена педагогическим извращением, а тестирования и анкетирования — были свернуты на несколько десятилетий.
Больше никого не интересовало — кто из подрастающего поколения и что именно хочет.
Ты должен и, значит — ты будешь!
* * *
Скажу пару слов от себя…
Еще одна проблема из числа незамеченных Марксом и его последователями-догматиками: подавляющее большинства человеков