Читать «Качели времени. Мама!» онлайн

вообще обладателем нового вида магии! Томаса явно позабавило мое выражение лица, он улыбнулся. Но тут же мигом стал серьезным.

— А теперь перейдем к Евгению, если ты не против.

— Да. — кивнул я, вспомнив, зачем он меня вообще позвал. — Что с ним не так?

— Дело в том, что старый-новый дядюшка, который так тебе понравился, станет для твоей семьи источником огромного горя. Еще большего, чем ждет вас теперь.

Томас говорил, а я ушам своим не верил. Оказывается, если Евгений останется у нас, он и мама полюбят друг друга! Дядюшку, впрочем, понять несложно. Мама красивая, добрая, умная. Я не знаю никого лучше нее. Снова вспомнилось видение о девушке, которую я полюблю. Но это будет еще нескоро, да и мамы уже не станет… Пока же я не могу представить, кто может быть лучше ее. И потому в некоторой степени Евгения даже понимаю.

Но мама! Я не могу поверить в то, что она ответит Жене взаимностью. Нет, если бы она была свободна, возможно. Евгеша молодой, и если я правильно помню его фотографии — симпатичный. Особенно когда кожа нормального цвета. Он умный, а сейчас еще вроде бы добрый. Но у мамы есть папа! Они так любят друг друга, что сложно представить, чтобы эти двое вдруг разошлись. Они же как два попугайчика-неразлучника!

— Если люди долгое время вместе, они привыкают друг к другу. — сказал Том, прочитавший мои мысли. — Пламя любви уже не пылает так, что искры в разные стороны летят. Оно горит ровно и тихо. Супруг становится кем-то вроде… Родственника. А тут вдруг на горизонте новый человек, интересный человек. И смотрит на тебя такими глазами, которыми уже давно не смотрит твоя вторая половинка. Иногда уходят не к кому-то, Оксинт. А потому, что хотят вспомнить рождение любви.

— Откуда такие познания?

— Я трижды в разводе.

— Наверное, своим женам ты надоел еще раньше, чем мне.

— Ах ты, маленький грубиян. — хмыкнул мужчина. — Не скрою, да. Но я уходил всегда до того, как встречу новую любовь. Не пытался реанимировать отношения, если понимал, что это невозможно. У твоих родителей немного иная ситуация.

Итак, мама захотела снова испытать самое прекрасное — рождение любви. Впрочем, сначала ни она, ни Евгений не планировали совместное будущее. Просто у них обнаружилось много общих тем, потом они поняли, что им приятно проводить время вместе. А потом осознали, что случилось, и уже не могли расстаться. Они во всем видели знак судьбы. Даже в том, что имена у них начинаются на одну букву. Ребята считали, что созданы друг для друга. Правда, пытались бороться с собой. Но когда не получилось — пришли к моему отцу, и все ему рассказали.

— Папа побил Евгения?

— Нет, малыш. Пойми, в жизни, а уж в делах сердечных и подавно, ничего нельзя решить кулаками. Мы уже не первобытные люди, где в борьбе за самку побеждал сильнейший. Твой папа выслушал их и отпустил Елену. Потому что очень сильно ее любит и хочет, чтобы она была счастлива.

— А я бы ему врезал! Друг, называется!

— Оксинт, но ведь это твой отец называет его другом.

— Ну да… Есть разница?

Увы, разница была. Я упустил момент, на который мне сейчас и указал Томас. Ведь и правда, это папа считает Евгешу другом. Тот спас его, оказался рядом в трудную минуту. Иксион был восхищен парнем, и пронес это восхищение сквозь двадцать пять лет. Все это время он помнил, как поддержал его Женя, мысленно благодарил его и практически идеализировал парня. Да, он видел его предыдущую версию, но всегда ждал новую — своего друга-героя.

А вот для Евгения прошло не двадцать пять лет, а всего-то полгода. И Иксион его не спасал, и запомнил его парень совсем еще мальчуганом. Из-за этого сейчас ему даже сложно идентифицировать того парнишку и нынешнего мужчину, совместить оба образа в одну личность. Да и некогда ему было думать об Иксионе в течение этих шести месяцев — приключения отвлекали.

Поэтому в отличие от Иксиона, который за четверть века успел мысленно крепко сдружиться с Евгешей, парень пока даже приятелем его назвать не мог. Томас сказал, что такое часто свойственно женщинам и увлеченным людям: преувеличить реальность. Вот и папа, оказывается, преувеличил. Впрочем, возможно, если бы все было наоборот, и он спас Женю, то ситуация была бы иная. И Женя, обнаружив, что его тянет к жене спасителя, тут же удалился бы на безопасное расстояние.

— Скорее, он виноват перед тобой. Хотя я говорил тебе, чтобы ты его не спасал. Не случилось бы с Евгением ничего страшнее амнезии.

— А ты мне зачем все это объясняешь? Ты на стороне Евгеши и пытаешься его оправдать?

— Я всегда только на твоей стороне, малыш. Просто хочу, чтобы ты понял: не за что и некого тут бить. Впрочем, нет таких ситуаций, когда надо бить живых существ, если нет угрозы твоей жизни.

— Томас, а если мама уйдет к Жене… Она останется жить?

Внезапно мне подумалось: ведь многое же изменится! Так, может, им и надо быть вместе, чтобы мама осталась жива? Конечно, без нее будет нелегко, но пусть лучше она уйдет из семьи, а не из жизни. В первом случае я хотя бы буду знать, что она жива и счастлива, пусть и не с нами. Это главное. И иногда смогу с ней общаться. Думаю, и папа предпочел бы такой вариант. Ведь может же такое быть? Но тут Томас печально посмотрел на меня и я понял — нет. Ничего не изменится. В глобальном смысле.

Глаза наполнились слезами и я зажмурился, чтобы не расплакаться. Когда же снова открыл их, обнаружил себя на все том же кладбище, на котором уже бывал в своих видениях. Но если раньше тут была поздняя весна, сейчас скорее середина зимы. Она у нас на Эдеме почти бесснежная, но сейчас иней сковал землю, а все присутствующие кутались в теплые куртки. На кладбищах, впрочем, всегда холодно.

Я посмотрел на гроб, и снова увидел белое лицо, белее подушки. А в изголовье сидит отец, рядом со мной стоит сестра, я слышу рев Антея. Кажется, все точно такое же. Но почему-то мне еще страшнее, чем в прошлый раз.

Глава двадцатая. Воспоминания о том, чего еще не было

Пытаясь понять природу этого страха, я огляделся по сторонам и увидел Евгения. В голове тут же вспыхнули воспоминания, проплыла кинолента того, что предшествовало нынешнему моменту. Раньше со мной