Читать «История отношений между русскими князьями Рюрикова дома» онлайн
Сергей Михайлович Соловьев
Страница 19 из 151
Ясно, что соседство такого князя, прямого внука старого Святослава, не могло нравиться Давиду. Притом узнали, что толпы степных варваров — берендеи, торки, печенеги идут к Васильку: Давид не мог не встревожиться этим известием; скоро явились люди, которые начали подтверждать его опасения: то были трое из близких к нему дружинников — Туряк, Лазарь и Василь{226}. Они уверяли Давида, что двое самых доблестных князей — Мономах и Василько сложились вместе, чтобы выгнать Святополка из Киева, а его, Давида, из Владимира. Игоревич поверил, но решение, принятое на съезде, что все князья должны вооружиться на зачинщика усобиц{227}, связывало ему руки, и потому он решился употребить орудием в. князя.
С этою целию Давид, на возвратном же пути из Любеча заехав в Киев, стал наговаривать Святополку, что им обоим не ждать добра от Ростиславичей, что они убили Святополкова брата и теперь в союзе с Мономахом хотят завладеть Киевом, что должно предупредить врагов, для чего необходимо захватить Василька. Напоминовение о несчастной кончине брата взволновало Святополка; с другой стороны, он боялся нарушить клятву, только что данную целому роду; напоследок злые советы перемогли: Святополк решился задержать Василька, коварно зазвав его к себе на перепутье. Но, начав дело, опять не знал, как кончить; созвал совет из бояр и граждан: советники отвечали неудовлетворительно, что если слова Давида справедливы, то Василько достоин казни, духовенство же прямо заступилось за пленника{228}. Тогда Давид начал говорить, что по крайней мере нужно ослепить Василька, и увез наконец свою жертву у полусогласного Святополка. Злодеяние было совершено на дороге: Ростиславич ослеплен.
Легко себе представить отчаяние Мономаха при этом известии; он тотчас повестил Святославичам о случившемся, приглашая их поправить зло. Черниговские князья изъявили равный ужас и поспешили соединить полки свои с Мономаховыми. Союзники послали к Святополку требовать отчета в преступлении; они говорили в. князю: «Зачем сделал ты зло в Русской земле и ввергнул в нас нож? Зачем ослепил брата своего? Если он был виноват, то ты должен был обличить его перед нами и, доказав преступление, наказать его; а теперь объяви вину его, за которую подвергся он такой лютой казни»{229}. Святополк сложил всю вину на Давида. Тогда союзники хотели было уже приступить к Киеву, но Мономах испугался ненавистной усобицы, склонился на просьбу мачехи своей и духовенства и вступил в переговоры с киевским князем, на которого как на старшего в роде возложена была обязанность наказать виновного Давида.
Святополк отправился, имея другое в виду: он хотел, изгнав Давида, изгнать вместе и Ростиславичей, потому что считал всю Владимирскую область владением отца и брата{230}. Старинная распря за Волынь между тремя княжескими линиями возобновилась теперь с новою силою. Давид, видя беду, отослал ослепленного Василька к брату его Володарю и спешил призвать на помощь поляков; Святополк, с своей стороны, обратился к ним же: поляки брали дары от обоих и нс помогали ни одному{231}. Тогда Давид нанял половцев, а Святополк венгров. Венгры были разбиты половцами, но Давид все же не мог удержаться: Владимир был занят Святополком, но Ростиславичи отбили нападения последнего и сохранили свою волость{232}. Изгнанный Давид послал сказать князьям, что хочет жаловаться им на обидчиков. Родичи снова съехались в Витичеве в 1101 году и послали за Давидом. Через 20 дней Игоревич явился, сел на общий ковер и спросил: «Зачем прислали за мною, я явился и готов отвечать на жалобы, какие будут против меня». Тогда Мономах отвечал ему: «Не мы призвали тебя, но ты сам присылал, говоря, что хочешь жаловаться братьям на обидчиков: теперь ты сидишь на одном ковре с нами, для чего же не жалуешься?» Давид молчал. Тогда князья встали, сели на коней, разъехались каждый порознь с своею дружиною и начали совещаться о Давиде. Потом, собравши мнения, послали каждый от себя по боярину объявить Давиду: «Ты ввергнул в нас нож, сделал зло, какого не бывало на Руси; однако мы не хотим заключить тебя в оковы или наказать как-нибудь иначе, но вот Святополк дает тебе три города, а Владимир, с своей стороны, 200 гривен денег, и Святославичи столько же от себя»{233}. Давид повиновался. После Святополк дал ему вместо трех городов один Дорогобуж, где он и умер{234}. Святополк достиг своей цели, хотя потерял сына Мстислава, убитого в усобице: Владимир остался за его родом, он поместил там сына своего Ярослава{235}. Ростиславичи удержали за собой прежние волости вопреки решению соединенных князей, которые, рассуждая, что слепец Василько не в состоянии будет управлять сам своим княжеством, и не желая усиливать Володаря, хотели оставить обоим братьям один Перемышль, обязываясь содержать Василька на свой счет, если Володарь будет этим тяготиться{236}. Так оба княжеские съезда достигли своей цели: один, Любечский, кончил усобицу за область Черниговскую, другой, Витичевский, — за волость Владимиро-Волынскую. По-настоящему право оканчивать все споры с братиею, рядить и судить между ними принадлежало старшему в роде; но Святополк не был в уровень своему положению. Уступив ему старшинство для избежания усобицы, Мономах для прекращения других смятений должен был прибегнуть к другому средству, чтоб заменить власть великокняжескую. Это средство было — съезд всех князей для братского совещания, для распоряжения волостьми, для суда над виновными родичами.
В 1112 году умер Давид Игоревич, в 1113 — Святополк. Летописцы, которые любили по кончине каждого князя сказать что-нибудь в похвалу покойного, хранят о Святополке глубокое молчание: это молчание поражает нас более, чем самое страшное проклятие{237}. Жена Святополка раздала по нему милостыню, какой никогда не раздавали ни по ком другом{238}: но народ знал, каким образом скоплены эти сокровища, и в первые же дни по смерти в. князя бросился грабить жидов, в которых видел сообщников Святополка.
На собранном вече не хотели слышать ни о каком другом князе, кроме Владимира Мономаха, и потому послали звать его на старший стол. Мономах, отказавшись раз в