Читать «История Карелии с древнейших времен до наших дней» онлайн

своих погостах. Поэтому пост воеводы на время упразднили. Видимо, его место заняли дворцовые приказчики.

Серьезной причиной для восстановления воеводской власти в середине 1630-х гг. послужило обострение социальных противоречий между богатой верхушкой и беднейшими слоями крестьянских миров. К тому времени заметно возросло количество населения, что вело к неизбежному малоземелью части жителей. К тому же в руках деревенских богатеев сосредоточивались доходы от многочисленных промыслов, торговли и откупов, а вместе с деньгами — и власть на уровне местного самоуправления. Все это приводило к постоянным конфликтам на селе. Московское правительство вновь почувствовало необходимость усилить надзор за неспокойным Заонежьем с помощью своего представителя. И пост воеводы был восстановлен в 1635/36 г. Но в 1640-х гг. выяснилось, что корыстные воеводы и деревенские «заправилы», прикрывая друг друга, изображали в донесениях и челобитьях благоприятную обстановку на местах.

На самом же деле «письмо» 1646-1648 гг. показало со всей определенностью, что погосты потеряли несколько тысяч жителей, ушедших за лучшей долей в другие районы страны.

Значительное уменьшение численности населения Заонежских погостов заставило правительство срочно развернуть работу по сыску и возвращению на старые земли сбежавших крестьян. На место отправилась комиссия во главе со «свозщиком» В. Д. Золотаревым для их размещения и земельного обеспечения. Ее полномочия включали поиск и конфискацию у деревенских богатеев сельхозугодий, проданных им за бесценок беглецами по кабальным сделкам. Одновременно московские посланцы преследовали и другую, политическую цель — переподчинить дворцовый округ прямой власти московского приказа Новгородской четверти. Именно ее инструкции В. Д. Золотарев и выполнял, не отчитываясь перед воеводами и дьяками Новгорода. Москва также стремилась выяснить отношение жителей к задуманной правительством военной реформе.

Дело в том, что к середине XVII в., в царствование Алексея Михайловича (1645-1676 гг.), положение в Новгородской земле стабилизировалось после разрухи. Новгородчина окрепла и могла взять на себя заботу о материальном обеспечении властей и гарнизона Новгорода. Отпала необходимость в дальнейшем существовании дворцового округа с льготным налогообложением в отдаленном Заонежье. И его людской и хозяйственный потенциал было решено использовать для создания из местных крестьян полков пашенных солдат (пехотинцев) и драгун (кавалеристов). Выяснив с помощью комиссии, что зажиточные и середняки согласны перейти в солдаты, и лишь часть беднейших жителей противится нововведению, Москва и провела в 1648-1649 гг. намеченную военную реформу в Заонежских и Лопских погостах.

Вообще создание полков нового строя осуществлялось в общероссийском масштабе и являлось попыткой государства создать регулярную армию по примеру Западной Европы. В соответствии с реформой крестьяне Карелии (кроме бедняков и увечных) в возрасте от 20 до 50 лет поступали на военную службу, в счет которой они освобождались от выплат всех основных налогов, а обеспечивались продуктами и доходами с собственного хозяйства. Реформу начали на землях бывшего кормления Дома св. Софии на Олонце, упраздненного в 1648 г. Местных крестьян записали в драгуны, и они приступили к охране русско-шведской границы. В 1649 г. в солдаты перевели крестьян Заонежских и Лопских погостов.

Конечно, у местного населения имелся богатый опыт проживания в неспокойном приграничье. «Новому строю» же их обучали нанятые правительством за границей военные специалисты — офицеры и сержанты. На их содержание в Карелию с 1649 г. казна распорядилась отпускать от 5 до 15 тыс. рублей в год (в основном деньги шли из местных кабацких сборов, а недостача присылалась из Москвы и Новгорода). Иноземцы проводили постоянные смотры и учения. За «государеву службу» (участие в боях, в осадах городов и «осадном сидении» по своим городам, нахождение в приграничных крепостях и ранения) солдатам и драгунам выдавалось жалованье из тех же источников, что и офицерам.

Первоначально в Карелии было развернуто два полка — полковников Александра Гамалтона и Мартина Кармихеля (позже — Вальтера Кармихеля). В 1657/58 г. появился полк Томаса Краферта. С 1659/60 г. командирами первых двух полков являлись Яган Трейден и Томас Гейс. Со временем «учительными и начальными людьми» на должности майоров, капитанов, поручиков и прапорщиков в полки стали назначать не только иностранцев, но и русских; звания подполковников давались толькоиностранным военным. За выслугу лет полагалось продвижение по службе и повышение жалованья. Таким образом проводилось обучение не только солдат, но и представителей русского дворянства премудростям западной военной науки. Недостаток данной системы заключался в отвлечении солдат на повседневный труд в своем хозяйстве. Кроме того, в 1648-1649 гг. жителей края мобилизовывали на строительство новой Олонецкой крепости. И все же в 1655/56-1661/62 гг. олонецкие полки, участвуя в русско-польской и русско-шведской войнах, показали неплохую выучку.

Олонецкий уезд

Основание города Олонца являлось следствием крупнейшего административного преобразования в Карелии XVII в. — создания Олонецкого уезда. В 1649 г. все Заонежские и Лопские погосты были выведены из состава Новгородского уезда и объединены в одно воеводство с центром в городе Олонце. Сам «город» (крепость) Олонец возвели в 1648-1649 гг. на стрелке при впадении р. Мегреги в р. Олонку.

Бревенчатая Олонецкая крепость представляла собой довольно мощное фортификационное сооружение. Ее рубленые стены имели 19 башен, с трех сторон их окружали воды двух рек, а с четвертой — глубокий ров. Крепость внутри перегораживала еще одна стена, делившая укрепления на Больший город и Меньший город. Около крепости располагался посад. В пожар 1668 г. эта крепость сгорела и на ее месте в 1670-1672 гг. построили новую, уже при 13 башнях и без внутренней стены. Крепость строили жители всех Заонежских погостов: одни заготавливали и везли бревна, другие принимали участие в строительных работах, третьи оплачивали труд мастеров-строителей. Часть суммы (для покупки кирпича и извести на возведение каменных зданий в городе, всевозможных изделий из железа и меди) предоставила казна. Крепость выдержала осаду шведских войск зимой 1656/57 г. В следующем году частично разрушенные укрепления («быки и тарасы») отремонтировали за счет «мирских разметов» и налоговых поступлений.

Создание большого города с крепостью обычно требовало и назначения туда воеводы — воинского начальника и гражданского администратора. В подчинение ему определялась обширная сельская округа, составлявшая вместе с городом самостоятельную административную область — Олонецкий уезд, однако, вошли не только обособленный с XVI в. дворцовый округ Заонежских погостов, но и смежные с ним Лопские погосты. Челобитье-протест «лоплян» о несогласии с решением Москвы подчинить их Олонцу не возымел никакого действия. Для столицы политическая выгода была очевидна: почти вся российская часть приграничной Карелии — от Посвирья на юге до озер Куйто на севере — оказалась под единым централизованным управлением.

Через олонецких воевод правительство впервые получило возможность постоянно контролировать население и территорию этой северной окраины России. Воеводы имели и серьезные внешнеполитические (дипломатические) полномочия, поскольку по