Читать «Мораль и Догма Древнего и Принятого Шотландского Устава Вольного Каменщичества. Том 3» онлайн

Посему образованный человек со временем начинает по достоинству оценивать нравственную высоту системы законоуложений, доминирующей над законами Случайности; и по мере того, как в сознании человека начинает выстраиваться более или менее понятная череда причин и следствий, он с радостью отвергает кажущееся, субъективное личное благо во имя обретения вселенского, всеобщего, всемирного блага. Самоограничение совсем не обязательно подразумевает самопожертвование. Истинное значение того, что обычно называют Необходимостью, состоит не в том, что это некая внешняя субъективно действующая Сила и Власть, но Сила и Мощь на службе у Разума. Бог, сотворив нас, людей, поместив нас на жительство в этом мире вечных перемен и вечного обновления, наделил нас достаточной способностью и изобильными средствами для разумных развлечений, а посему нечего нам роптать на то, что мы не ангелы, обитающие в мире, где неведомы перемены и столкновения интересов и страстей.

Тайна этого мира остается тайной, однако она раскрывается нам в степени, достаточной для того, чтобы испытывать уверенность. Мы вынуждены признать, что, если каждый человек будет делать все то, что в его власти сделать, что, как он знает, он должен сделать, лучшего мира нам будет и не нужно. Человек, со всех сторон окруженный Необходимостью, свободен, но не в смысле непреклонной и неразумной, изолированной своей воли, ибо, неизбежно подчиняясь законам природы, он способен, тем не менее, соответственно своим знаниям, изменять, в том, что касается его самого, условия их действия, сохраняя тем самым среднее равновесие между их силой и своей.

Таковы некоторые противоположные мнения древних мудрецов; так мы представили твоему взору всю Древнюю Мысль в сжатом виде. С той или иной степенью достоверности нарисованная нами картина явно указывает на то, что человеческий Разум извечно стремится преодолеть узкие границы, в которые заключают его ограниченные силы и недальновидность; испокон века мы странствуем вдоль границ этого замкнутого круга, плутая в трех соснах и постоянно встречаясь с одними и теми же неизбежными и непреодолимыми сложностями. Наука со всеми своими приборами, особенно астрономия со своим телескопом, физика – со своим микроскопом, и химия со своими анализами и смесями, значительно расширили сферу наших представлений о Боге, обозначив безбрежный океан Вселенной, распространяющейся от нас во все стороны, ее звездные системы и не видимые глазу мириады микроскопических живых существ на суше и в воде; они познакомили нас с новой величественной и могущественной сущностью под названием «электричество», определенно являющейся промежуточным звеном между материей и духом; но, тем не менее, Бог становится для нас лишь менее и менее постижимым, и мы понимаем, что в своих умозаключениях лишь снова и снова повторяем мысли древних мудрецов.

Где же тогда среди всех этих противоречивых мнений находится Истинное Слово Масона?

Брат мой, на большинство вопросов, так мучивших человеческий разум во все времена, мы с нашим человеческим интеллектом не способны дать ответы, однако, даже не понимая, мы, как я уже говорил, все равно способны верить.

Истинное Слово Масона можно обнаружить в сокрытых и глубинных значениях Неизрекаемого Имени Господня, сообщенного Самим Господом Моисею, которое впоследствии было утрачено в силу чрезмерных предосторожностей, предпринятых для сохранения его в тайне. Истинное произношение этого Имени действительно хранилось в глубочайшей тайне, а как бы «внутри» этой тайны хранилась другая, еще более таинственная тайна его истинного смысла. В этот смысл входит вся и всяческая Истина относительно природы Бога, которая только может быть доступна нашему пониманию.

В течение неизмеримо долгого времени Он был известен под именами Эл, Эль Шаддай, Элохаим, Адонай, как Предводитель, или Вождь, Небесных Воинств, как совокупность природных сил (Элохим), как Могучий Победитель, враг Быка и Осириса, Душа Природы, или сама Природа; этот Бог был своего рода воплощением человека, он обладал человеческими страстями; это был бог неба, просто слегка изменивший имя, которое он сообщил Моисею как  (йхвх), говоря ему:  (эхье ашер эхье) – «Я Есмь Сущий». Давайте рассмотрим некоторые эзотерические, то есть сокрытые, смыслы Неизрекаемого Имени.

Слово  (хайя) является несовершенным видом глагола «быть», настоящее время которого формируется как  (йихье);  (эхье) – это личное местоимение первого лица «я», присоединенное к настоящему времени глагола и апокопно сократившееся; a  (йехи) – это то же настоящее время глагола, но с присоединенным местоимением третьего лица. Этот глагол имеет следующие формы:  (хайя) – прошедшее время, мужской род, единственное число, третье лицо: «он был»;  (хайю) – третье лицо множественного числа: «они были»;  (йихье) – настоящее время, третье лицо, мужской род, единственное число (бывает и  (йехуа)); по апокопе –  (эхи) и  (йехи); инфинитив:  (хайя) и  (хайю); повелительное наклонение, второе лицо, единственное число, мужской род –  (хайя), женский род –  (хуй); причастие, мужской род, единственное число –  (хух); общее значение корня: «ens, сущность, бытие».

Этот глагол практически никогда не используется сам по себе, в качестве смыслового глагола-связки между словами в предложении, подобно смысловым глаголам в греческом, латинском и нашем, английском (am, is, are, was) языках. Он всегда обозначает существование, бытие, реальность. В английском языке его настоящее время также подразумевает действие или состояние в будущем, особенно при использовании модальных глаголов долженствования и объективной возможности shall и may. Слова  (ху) и  (хуа) являются халдейскими формами прошедшего времени этого глагола, полностью соответствуя древнееврейским  (ху) и  (хи) и означают «был, стал, существовал».

 (ху) и  (хи) – это личные местоимения, соответственно, мужского и женского рода, то есть «он» и «она». В Книге Бытия (4:20) мы встречаем фразу:  (ху хайя) – «Он был», а в Левите (21:9):  (эт абия хи) – «ее отца». Однако это местоимение женского рода часто записывается в форме  (хуа), в то время как форма  (хи) встречается во всем Пятикнижии всего одиннадцать раз. Иногда формой женского рода передается также местоимение «оно», хотя в большинстве случаев это местоимение заменяется формой мужского рода.

Когда слово оканчивается буквами  (йод),  (вав),  (хей) или  (алеф), которым не предшествует и за которыми непосредственно не следует никакая гласная, эти буквы обычно просто отбрасываются, например в слове  (гай) – «долина», которое изначально писалось как  (гайя).

Таким образом, оппозиция  (хуа-хиа) – «он-она» – может обозначаться также и как  (ху-хи), или, путем перестановки букв, широко распространенной среди талмудистов, как  (йих-ух), то есть, в конечном счете, мы получаем Тетраграмматон – Неизрекаемое Имя.

В Книге Бытия (1: 27) сказано: «И сотворил Бог [Элохим] человека по образу Своему, по образу Божию [;Элохим] сотворил его; мужчину и женщину сотворил их».

Иногда Священное Слово записывается графически, в форме треугольника:

Нам известно, что древнееврейские мудрецы полагали такое изображение Имени Господня символом Творения. Таинственный союз Господа с Его творением воплощен в литере «хей» (), которую они считали агенсом Божественной Силы, почему и полагали, что владеющий истинным произношением Божественного Имени способен творить чудеса.

Личное местоимение  (ху) – «он» – часто используется само по себе для обозначения понятия «Бог». Ли, например, пишет, что во многих случаях под ним следует понимать слова «Иегова», «Элохим», «Ях» или другие Божественные Имена, однако в этом даже нет необходимости. Чаще всего оно обозначает мужчину, мужской первопринцип, плодородный и творческий первопринцип Силы.

Талмудисты обычно скрывали тайные значения и истинное произношение священных слов путем перестановки букв.

Практически повсеместно в древнем мире встречается практика обратного написания тех или иных слов. Так, слово Нейта, имя древнеегипетской богини, греки переписали наоборот, получив имя Атена (Афина), у римлян превратившееся в им я Минерва. По-арабски планета Венера называется Нагид, а по-гречески, получается Диган, или Диан(а); на фарси – Нигад («природа») – а сэр Уильям Джонс пишет, что это слово встречалось также в форме «Нагид». А ведь нам известно, по свидетельству Страбона, что армяне называли Венеру Анаис, или Анаита.