Читать «Очерки истории Руси до монголов» онлайн

Возвращение Всеволода Юрьевича Владимирского из похода на Глеба Ростиславича Рязанского. Радзивилловская летопись. XV в.

Управившись дома, он пошел к Торжку (1177). Жители обещали дань и медлили. Владимирская дружина, привыкшая в последнее время своевольничать, начала роптать: «Мы не целовать их приехали. Они лгут, князь, и Богу, и тебе». Толкнули коней, вскакали в город, зажгли, мужей повязали, а жен, детей, имущество взяли на щит за новгородскую обиду (8 декабря). Ярополк бежал.

Из Торжка, отправив добычу Владимиру, Всеволод обратился к Волоку Ламскому с остальной дружиной. Они взяли город, выручив прежде князя, и сожгли его, но людей не тронули.

Мстислав вскоре умер (20 апреля 1178 г.), и новгородцы посадили у себя бежавшего из Торжка Ярополка.

Всеволод, вернувшись из похода, решил действовать иначе и, как показали следствия, гораздо удачнее, хоть тише и легче: он велел перехватать и рассажать под стражу всех гостей новгородских, торговавших в его волостях. Новгородцы тотчас указали путь Ярополку (1178), чего желал на первый случай Всеволод, но обратились за князем не к нему, а к Роману смоленскому, потом к брату его Мстиславу (1179) и, наконец, к новому врагу Всеволода, великому князю киевскому Святославу Всеволодовичу (1180), который прислал им сына Владимира.

Святослав, старший тогда между всеми князьями русскими, только что получил великое княжество и распоряжался в то же время всеми волостями Ольговичей, следовательно, относительно, был сильные всех на Юге.

Всеволод разошелся с ним по следующему случаю.

Дети несчастного князя Глеба, который дорого заплатил за мгновенную честь, на него возложенную ростовцами и суздальцами, принять от его руки его шуринов на княжение, были выпущены из владимирского плена, в уважение ходатайства многих родственных им князей, разумеется, на условии совершенной покорности или, как говорилось тогда, на всей воле великого князя суздальского.

Вскоре (1180) они перессорились между собой и подали повод ему утвердить власть над собой еще крепче, прислав к нему жаловаться, младшие на старших: «Ты господин, ты отец (вот уже какой язык послышался на Руси). Брат наш старший Роман отнимает у нас волости, слушая тестя своего Святослава, а к тебе крест целовал и переступил».

Всеволод пошел к Рязани. Суздальские разъезды встретились с рязанскими и обратили их в бегство. Роман бежал, не заходя в Рязань, где затворились согласные с ним братья, Игорь и Святослав. А когда Всеволод взял Борисов-Глебов, то смирился перед ним и получил мир. Великий князь суздальский сотворил ряд всей братье, раздав им волости по старейшинству.

Святослав Черниговский, некогда благодетель Всеволода в изгнании, не мог снести, разумеется, хладнокровно нанесенного оскорбления. Он пошел мстить за сына. Другой сын его, Владимир, только что избранный новгородцами, вел к нему помощь от Новгорода. Они вышли из Твери, опустошили берега Волги и подступили почти к Переяславлю. На реке Влене, в 40 верстах от города, встретил их Всеволод с полками суздальскими, рязанскими и муромскими. Суздальцы стояли на горах, в пропастях и ломах, так что их нельзя было достать. Всеволод удерживался от сражения. Только однажды он отрядил рязанских князей в стан Святослава, которые произвели было там замешательство, но после вынуждены были отступить. Святослав послал попа своего к Всеволоду: «Брат и сын! много делал я добра тебе и не чаял такого от тебя возмездия; но если ты умыслил уже на меня зло и взял моего сына, то недалеко тебе искать меня: отступи от реки и дай мне путь; я перейду на твою сторону, и Бог нас рассудит. Если же ты не хочешь дать мне пути, то я дам тебе; переезжай сюда, и Бог нас рассудит». Всеволод не отвечал и удерживал посла. Святослав долго дожидался и, наконец, опасаясь оттепели, отошел, спалив по дороге Дмитров. Всеволод не велел гнаться за ним.

Ему надо было управиться с новгородцами, которые опять посадили Ярополка в Новом Торгу, и он тотчас начал воевать Поволжье (1181). Всеволод пришел со своим полком, с муромской и рязанской помощью к городу. Новоторжцы затворились и сидели пять недель. Настал жестокий голод; князь был ранен стрелой, и они должны были сдаться. Город сожжен, жители с женами и детьми отведены в плен, и сам Ярополк с ними, в оковах.

Всеволод, впрочем, скоро помирился с великим князем Святославом. Ему, видно, совестно стало прежних своих отношений; он выпустил Глеба из оков и сватался со старым Святославом, выдав за его младшего сына свою вторую свояченицу (1182).

Новгородцы вынуждены были смириться после всех своих неудачных опытов и, указав путь Владимиру Святославичу, просили князя у Всеволода: он дал им своего свояка Ярослава Владимировича (1182), который княжил у них очень долго и был выведен только однажды на краткое время.

Таким образом, домашние и соседние дела устроились как нельзя лучше; новгородцы смирились, Рязань слушалась, южные князья находились в дружбе, и Всеволод, с их помощью, мог предпринять внешний поход на богатых болгар, куда любили ходить и ходили так часто и счастливо Юрий и Андрей.

Ополчение собралось большое (1183). Князья черниговский и смоленский прислали к Всеволоду своих сыновей; все Глебовичи рязанские, муромский князь, соединили с ним свои полки. Окой и Волгой пошли они в землю Болгарскую, стали у Тухчина городка, а на третий двинулись к великому городу, выслав вперед сторожи. К ладьям отряжен был белозерский полк с воеводой Фомой Лазковичем. На пути, при устье Цевцы, наши разъезды увидели полк в поле и сочли его болгарским. Но тотчас пятеро мужей из этого полка явилось к Всеволоду и ударили челом перед ним: «Кланяются тебе, князь, половцы Емяковы, пришли мы воевать болгар с князем болгарским». Всеволод, посоветовавшись с братьями и с дружиной, взял с них клятву половецкую, принял к себе и продолжал путь. Перейдя Черемшан, он выстроил полки и начал думать с дружиной, а Изяслав Глебович, племянник его, взяв копье, пустился к плоту, что болгаре, выйдя из города, учинили твердью. Он гонял их за плот к воротам, копье свое изломал, как вдруг ударило его стрелой сквозь броню под самое сердце, и принесли его свои еле живого. Между тем другие болгары, из городов Собекуля и Челмаша, пошли в ладьях, а из Торцского на конях, на наши ладьи. Те вышли против, ударили дружно, и болгары побежали. Наши секли их, преследуя, а многие потонули в опрокинувшихся лодках. Великий князь стоял десять дней под городом. Болгары выслали к нему послов с миром, и он, видя брата изнемогающего, дал им мир. Изяслав умер. Всеволод послал коней на мордву, а сам вернулся во Владимир.

Через год (1183) посылал он на болгар воевод своих с городчанами, которые взяли многие села и вернулись с