Читать «Лисий переполох» онлайн

Екатерина Александровна Боброва

Страница 19 из 69

усилия закончатся ничем. Вижу, вы серьезно настроены избавиться от проклятия… Даже жаль, что вы не дочь моего народа...

Лис поднял на меня взгляд, и в полумраке храма его глаза полыхнули темным янтарем. От них ко мне словно невидимая ниточка протянулась. Голова закружилась, воздух сделался тягучим, сердце взволнованно забилось.

- А то может, передумаете? – бархатно соблазнял мужской голос. - Лиса из вас получилась бы великолепная. С вашей-то силой.

Меня банально вербовали в ряды рыжих и пушистых, что вызывало сразу множество вопросов. Например: сколько живут хвостатые? Чем питаются? Правда ли, что энергией людей? А отбирать ее могут только во время соития? Или бесконтактно тоже возможно? И почему с повышением уровня просветления у них отрастают хвосты? Они, как горбы у верблюдов, хранят в себе запас энергии? И как вообще появляется лисий дух? Как у меня? Соединением лисы и человека? Сначала души, потом обмен телами?

Мне бы даже ответили, посвятив в сокровенные тайны лисьего племени, но только после моего согласия… А я как-то не готова к столь резкой перемене в жизни… Да и сложно всерьез воспринимать этот мир. Ни интернета, ни техники. Удобства и то во дворе…

Хвостами такое не компенсируешь.

- Благодарю, но нет. Я должна вернуться.

Стиснула ладони, набираясь твердости в своем решении и с усилием прогоняя мерцающее золото лисьих глаз из головы. Маловато одного взгляда для соблазнения… Вот если бы товарищ станцевал…

- Понимаю, - кивнул лис. Улыбнулся обворожительно, поклонился с природным изяществом: - Тогда откланиваюсь. Желаю столь настойчивой барышне удачи и покровительства Небес.

И удалился, оставив после себя стойкий аромат сладких благовоний и еще чего-то… волнительного до мурашек. Пришлось ущипнуть себя за руку и потребовать перестать забивать голову рыжими глупостями. Проклятым барышням не до отношений, им бы выжить. А верить лису… даже в наших сказках на них лишь дураки ведутся.

Тишина храма оглушала, давя на уши, и чтобы сосредоточиться я начала говорить сама с собой. Не получалось у меня работать с пустотой. Уж лучше я буду проговаривать проблему. Вспоминать прошлую жизнь. Рассказывать о столь нужной лисе свободе. О том, как здорово носиться по лесу. Охотиться на мышей. Жаловаться на свою двойную жизнь молчаливой статуе Чжун Куя.

Сама не поняла, как слезы потекли по щекам. Плакала я долго, выплескивая все страхи прошедших дней, а когда в очередной раз открыла глаза, поняла, что в храме не одна. И нет, это был не вернувшийся внезапно лис. В падающем из круглого окна лунном свете серебрилась чья-то фигура. И то, что я могла видеть сквозь нее противоположную стену, заставило меня похолодеть от страха.

Я вцепилась в одеяло, словно оно могло защитить меня от призрака.

- Д-д-доброй ночи, - проговорила, стукнув зубами. Отчего-то мне казалось, что вежливых девочек убивают не сразу. Хотя вроде призраки людей не жрут – это все влияние лиса, но навредить точно могут.

Полупрозрачная фигура резко обернулась и одним, не отслеживаемым глазом движением приблизилась, замерев меньше чем в метре от меня.

Это был ребенок. Лет десять – двенадцать. Худенький. Щуплый. С приятным лицом и длинными, забранными в заколку волосами. Одет он был в голубое ханьфу. На шее блестел нефритовый кулон.

Я поежилась – от призрака тянуло неприятным холодом.

- Ты меня видишь? – изумился он.

Детский голос доносился глухо, словно шел из-под воды.

- Прости, - извинилась я зачем-то.

- Прощаю, - величественно согласился пацан. Задумчиво подергал себя за ухо.

– Шаманка? – продолжил он допрос.

Покачала головой.

Он недовольно хмыкнул, нервно профланировал из одного угла святилища в другой.

- Ты дух? Хотя нет. Вижу, ты живая. Впрочем, так даже лучше. Поможешь мне. Знаешь семью Жэнь? Главу города? Ты же местная. Должна их знать.

Ой, что-то мне это уже не нравится…

- Допустим, - натянула я повыше одеяло, спасаясь от идущего от призрака холода.

Пацан явно обрадовался. Аж замерцал.

- Ты должна войти в усадьбу и найти меня. Они держат мое тело в северном крыле.

Я моргнула. Семья Жэнь держит дома покойника? Это как некоторые народы высушивают родственников до состояния мумии, а потом сажают в приемном зале в виде статуи? Чтобы предок присматривал за ними и защищал? Но какая защита от пацана?

Или он недавно умер? Тогда почему поместье не в трауре?

Я припомнила, что именно у северного крыла видела охрану.

То есть они не просто труп прячут, а еще его охраняют? В какой прекрасной семье я живу!

- Ты мертв? – спросила осторожно, ибо не водилось за местными особой любви к покойникам, чтобы их днями дома держать.

- Как такое могло прийти в твою голову?! И почему ты обращаешься ко мне столь невежливо?! – возмутился призрак, взвиваясь к потолку. Что-то там проговорил недовольно и степенно опустился вниз, продолжая вибрировать от негодования.

Я проигнорировала оба вопля, выжидательно рассматривая его прозрачнейшество. Ибо гонора у пацана было на императорский титул, не меньше.

- Я жив, но без сознания, - признался он после выразительной паузы, во время которой видимо вспоминал, что призрак не может вломить, как и призвать на помощь охрану.

- Давно?

Пацан одарил меня очередным гневным взглядом, выпустив колючую волну холода. Видимо, смердам не полагалось задавать вопросы высоким господам.

- Год. Вроде бы. Не помню точно.

Чудненько. В усадьбе есть лежащий в коме ребенок. Причем ребенок непростой. Вряд ли это сын главы города. Да и не похож он на Юншэна.

Ко мне закралось подозрение, что у спасенной девчонки проблем не меньше, а то и больше, чем у меня… Императорская служба гарема, скрываемый ото всех ребенок… Что дальше? Пацан окажется сыном покойного императора, который имеет право на престол? А усадьба на самом деле гнездо заговорщиков?

Чур меня. Мне бы домой… В понятный и безопасный мир, где самые большие проблемы: увольнение и провал свидания с парнем, а не стрела в бок…

- Что ты от меня хочешь? – спросила устало.

Призрак дернулся, его аж потряхивало каждый раз, когда я к нему на «ты» обращалась, но помощь ему и правда была нужна, так что он пересилил себя, ответив в приказном тоне.

- Пойдешь к ним, скажешь, чтобы не приглашали больше того старика. Меня от его слюны тошнит. Пусть больше не мажет ею. И не обклеивает талисманами-фу. От них никого толку. А от выжигания монаха трясти начинает и все тело горит… Пусть тоже не приходит.

Я прям