Читать «Князь Барбашин 3» онлайн

внушительно. Причём левое крыло главного здания явно было отстроено совсем недавно, что просто-таки прямо указывало на то, что местные обитатели не бедствовали.

Во дворе Нильса встретил угрюмый детина, изображавший роль привратника, которого никак не испугал социальный статус незваного гостя. Фалькадл почему-то сразу поверил своему ощущению, что его, коли будет на то воля хозяйки усадьбы, могут с лёгкостью отходить той здоровенной дубинкой, что стояла, прислоненная к стене. Места тут были суровые, а люди грубые. Но, слава богу, никто его изгонять не собирался. Узнав, кто он и для чего прибыл, его через некоторое время пригласили внутрь. А прибывшие с ним слуги-охранники отправились в служебное крыло.

Дальюнкер и вправду внешне очень походил на Стена Стуре, так что довольно скоро Фальдкадл поверил в то, что перед ним не какой-то самозванец, а истинный аристократ, чьи предки не одно поколение правили Швецией. С другой стороны, к самому Фальдкадлу в доме фру Ингерд отнеслись с настороженностью. Лунге явно не понравились намёки на возможного польского союзника, а самой вдове антилютеранские взгляды фрельса. И только то, что он представлял тут антигуставскую партию не позволяло ей выставить гостя вон. Кем-кем, а дурой фру Ингред не была и прекрасно понимала, что чтобы сесть на трон, претенденту потребуются не только внешние союзники, но и союзники внутри страны. А на Нильса Стуре у неё были уже свои планы. Как в своё время она ставила на беглого канцлера Педера Суннанведера, недавно казнённого Густавом за измену, так и теперь, она вновь собиралась вмешаться в шведские дела. Но не просто так. Она собиралась выдать замуж за молодого претендента свою дочь Элине Нильсдаттер и через то возвыситься выше, чем известная всем в Норвегии Сигбритта, став матерью не любовницы, а королевы Швеции. Так что не испытывая никакой любви к Фальдкадлу, она вынуждена была терпеть его общество, ведь если через Нильса Стуре они поддерживали связь с лидерами восставших, то через Нильса Фальдкадла у них появилась связь с заговорщиками в Стокгольме и теми беглецами из Швеции, кто поддерживал идею свергнуть Густава с трона.

Да, не все их планы сходились вместе, но до того, пока Густав Ваза не снимет корону (возможно, вместе с головой), они были вынуждены идти одной дорогой.

В то утро Фальдкалд по привычке отправился на прогулку по побережью, к которым пристрастился в последнее время. Они помогали охладить голову и здраво поразмыслить над прошедшими событиями. Дела в Даларнэ шли ни шатко, ни валко. В знак своего полного согласия с политикой короля сословия в Вестероссе обещали тому свою полную поддержку в борьбе с восстанием, так что по поводу скорого конца Фальдкадл не обольщался. Должно было произойти чудо, чтобы восстание вспыхнуло с новой силой. Но чуда пока что не предвиделось.

Парусную лодку, мчащуюся куда-то по своим делам, Нильс рассмотрел уже давно и теперь, думая о своём, иной раз поглядывал в её сторону, пока не сообразил, что лодка мчится к аустроттской пристани. Это было странно: на сегодня в усадьбе никого не ждали. А значит это был либо ещё один беглец из Швеции, либо гонец, несущий срочные новости. Не желая гадать, Нильс неспешно направился в сторону причала, прекрасно понимая, что лодке понадобится ещё много времени, чтобы добраться до него.

И он оказался прав, достигнув хлипкой деревянной постройки много раньше и успев уже изрядно подзамёрзнуть, прежде чем лодка приткнулась к мокрым от солёных волн брёвнам. Из неё тут же ловко выскочил молодой парень, часто виденный им среди слуг в усадьбе Аустротт, и не совсем уклюже вылез один из слуг самого Нильса, что оставался в Нидаросе, где фрельс на всякий случай снял комнату.

— Что случилось, Игвар? — обратился Фальдкадл к своему слуге, понимая, что слуга фру Ингред с ним откровенничать не будет. — Епископ в очередной раз решил напасть на поместье бедной вдовы?

— Хуже, герр Фальдкадл, — помотал тот головой. — В Нидарос прибыл король Кристиан.

— Какой король Кристиан? — опешил фрельс. А потом в его голове мелькнула страшная догадка: — Неужели?…

— О да, — горько кивнул, подтверждая его догадку, Игвар. — Король Кристиан, второй в его имени, правитель Дании, Норвегии и Швеции.

Нильс сразу забыл о холоде. С учётом новых сведений, нужно было срочно решать, что делать. Всё говорило о том, что похоже вскоре здесь станет чересчур жарко. Ни Фредерику, ни Густаву, ни Любеку король Кристиан был не нужен. Но почему он появился здесь? Точнее, с какими силами. Почему — понятно. Правитель Нидароса архиепископ Олав Энгельбректссон старый сторонник свергнутого короля и где ещё коронованный беглец мог найти добрый приют? Зато сразу стало ясно, зачем в Нидарос в последние недели навигации завозилось столько сена и продовольствия. Нильс-то думал, что архиепископ готовится поддержать в трудную годину окрестных жителей, а получается, что это собирались припасы для армии. А ведь всё верно: зимние шторма не дадут флоту Любека или Дании активно действовать на море, а Кристиан, если у него достаточно сил, сможет за это время привести окрестные провинции под свою руку и совершить пеший марш на Берген и Осло. Датской армии на данный момент в Норвегии не было, а гарнизоны городов были ослаблены нехваткой людей. Но каков Кристиан! Бегал, бегал с протянутой рукой по дворам Европы и вдруг появился в самый удобный момент. Интересно, кто же ему дал денег. Явно не Карл, так как слухи, дошедшие с последними кораблями, говорили только о том, что Кристиан продолжал требовать от императора своё приданное за жену. А ведь от подобного знания зависело достаточно многое.

— Сколько сил с ним?

— Ещё не ведаю. Корабли только встали под разгрузку, а я сразу направился к вам. Но Ёнс всё вызнает в лучшем виде и сразу же пришлёт вам весточку.

— Хорошо, тогда не будем мёрзнуть тут и пойдём согреемся у очага наших гостеприимных хозяев.

Как Нильс и предполагал, в доме у фру Ингред царил настоящий бедлам. Представитель датского короля Лунге срочно собирался в дорогу, понимая, что много времени ему на это не дадут, а долг его состоял в том, чтобы доложить о свершившейся высадке как можно раньше. Заливалась слезами его жена — Маргрете Нильсдаттер. Хмурила брови сама фру Ингред, понимая, что чаша весов качнулась в сторону архиепископа и качнулась достаточно сильно. Это в их войне с Энгельбректссоном почти все были на стороне вдовы или хранили нейтралитет. А вот к королю Кристиану многие относились с пиететом и, если тот пришлёт за