Читать «Эпоха бронзы лесной полосы СССР» онлайн
Михаил Фёдорович Косарев
Страница 198 из 234
Этот сюжет нашел свое воплощение на Шишкинских скалах (Окладников, 1959а), на Каменном острове р. Ангары (Окладников, 1966, табл. 109), у устья р. Арби в Верхнем Приамурье (Окладников, Мазин, 1976, табл. 59). Аналогичный сюжет на плите окуневской культуры могильника Черновая VIII в Хакасско-Минусинской котловине позволил уточнить время появления этого мотива. Своеобразен стилистический прием, показывающий, по всей видимости, вздыбленную шерсть зверя. Неизменное подчеркивание этой детали в трактовке образа свидетельствует об устойчивости выработанного канона. Все подчинено единой цели — показать разъяренное животное. Почти всегда фантастический хищник связан с солярными знаками. Возможно, шишкинская, устьарбинская и другие подобные композиции являются своеобразной иллюстрацией одного из эпизодов солярного мифа, распространившегося по всему Старому Свету, а изображенное чудовище выступает как символ «нижнего мира» (Окладников, 1959а).
Прибайкальские и окуневские фантастические звери отличаются иконографически. Окуневский фантастический хищник с большой медвежьей головой, поджарым туловищем и тонкими высокими ногами выглядит гораздо «элегантнее» своего коротконогого приземистого прибайкальского собрата с его длинной «крокодильей» мордой. Это говорит скорее всего о различных источниках солярного мифа в Прибайкалье и у окуневцев. В этой связи интересны сведения, приводимые В.Г. Богораз-Таном. Отмечая характерность образа дракона в сибирской мифологии, он связывает его происхождение с Юго-Восточной Азией. При этом В.Г. Богораз-Тан подчеркивал, что в мифологии западносибирских народов этот образ имел, как правило, медвежий облик, а у амурских и других групп, испытавших более сильное влияние южноазиатских традиций, он чаще связывался с образом крокодила, змеи или акулы (Богораз-Тан, 1936, с. 72). Тем не менее, устойчивое сочетание прибайкальского и окуневского «драконов» с солярными знаками, причем в сходном положении, позволяет считать, несмотря на иконографические различия, что они передают один и тот же мифологический образ.
В целом для восточносибирского наскального искусства эпохи бронзы характерно нарастание схематизма, сочетание абстрактной и образной символики, усложнение композиций. Очевидно, в эту эпоху начал складываться так называемый «скелетный» стиль. Одновременно расцветает культ антропоморфных мужских божеств и скорей всего в Восточной Сибири зарождается первоначальный комплекс шаманских представлений.
Глава десятая
Бронзовый век Дальнего Востока
(Ж.В. Андреева)
Историко-географический очерк. Дальний Восток — своеобразный географически неоднородный край, протянувшийся в северо-восточном направлении вдоль самых больших и глубоких морей нашей страны: Японского, Охотского, Берингова и Чукотского. Длина региона с юго-запада на северо-восток 4000 км с лишним, площадь — свыше 3 млн. кв. км. Более 75 % территории занимают горы, нагорья и плоскогорья. Равнины приурочены к межгорным впадинам, рекам и побережьям морей (Тауйская, Гижигинская, Анадырско-Пенжинская, Сеймчано-Буюндинская равнины и др.).
Особенностью растительного мира южной части Дальнего Востока является своеобразие местных (муссонных) смешанных хвойно-широколиственных лесов, где рядом с лиственницей, елью, березой соседствуют лианы, корейский кедр, монгольский дуб, маньчжурский орех, уссурийская груша, яблоня, слива, вишня, виноград и др. Приханкайская и Зеинско-Буреинская равнины входят в лесостепную зону. На юге Дальнего Востока протекает самая большая река региона Амур (длина с Шилкой и Ононом 4416 км, площадь бассейна 1855 тыс. кв. км). По объему годового стока (346 куб. км) Амур лишь немного уступает Оби. К бассейну Амура тяготеют наиболее крупные озера Дальнего Востока: Ханка, Чукчагирское, Красное, Болонь, Орель и др.
Для Южных окраин Дальнего Востока характерен умеренный и умеренно-холодный муссонный климат с суровой малоснежной зимой и теплым влажным летом. Основная масса осадков приходится на теплые месяцы года. Так, во Владивостоке с мая по октябрь выпадает 660 мм осадков, а с ноября по апрель — 171 мм. В летне-осеннее время большая часть осадков поступает в виде продолжительных ливневых дождей, которые нередко приводят к катастрофическим речным паводкам.
Север Дальнего Востока (Камчатская и Магаданская области) лежит в областях арктического, субполярного и отчасти умеренного климата. Повсеместно распространена вечная мерзлота. Выделяются три основные ботанико-географические зоны: тундра, лесотундра, тайга. В силу разнообразия рельефа, в частности из-за наличия меридианально вытянутых горных хребтов, широтная ландшафтно-растительная зональность причудливо сочетается с меридианальной, а горизонтальная с вертикальной.
От островной и приморской частей Дальнего Востока в глубь материка и к Северному Ледовитому океану климат становится все более континентальным. Так, если на Камчатке и Курильских островах годовая сумма осадков достигает 1000 и более мм, то в бассейне Колымы и на побережье Восточно-Сибирского и Чукотского морей 150–200 мм. Средняя температура января здесь -32°, тогда как во Владивостоке она составляет -14,4°, в Южно-Сахалинске -13,8°, а в Петропавловске-Камчатском -8,5°. В то время как на Чукотском полуострове заморозки наблюдаются во все летние месяцы, количество безморозных дней в Петропавловске-Камчатском достигает 114, в Южно-Сахалинске — 121, а во Владивостоке — 153.
В позднечетвертичное время Дальний Восток не испытывал значительных колебаний климата. Перед началом бронзового века, после климатического оптимума атлантического периода, на юге Дальнего Востока имело место некоторое похолодание. Уменьшается роль широколиственных пород и увеличивается процент хвойных. В результате ландшафтно-растительный облик южной части региона стал близок нынешнему (Короткий, Караулова, 1976). Формирование современной ботанической и климатической зональности произошло, видимо, еще до начала эпохи бронзы, в позднем неолите. Во всяком случае, пыльцевой анализ погребенной почвы из слоя зайсановской неолитической культуры поселения Кроуновка на южной окраине дальневосточного региона дал флору, близкую составу современной растительности этого района. О незначительности ландшафтно-климатических изменений в прошлом на юге Дальнего Востока говорит, в частности, то, что горные пихто-еловые леса среднего и южного Сихотэ-Алиня до наших дней сохранили облик доледниковых лесов Восточной Азии; кедрово-широколиственные леса также аналогичны доледниковым.
История изучения бронзового века Дальнего Востока. Планомерное археологическое изучение Дальнего Востока началось по существу с 1935 г., когда А.П. Окладников провел первую широкую разведку в долине Амура. Однако считать этот момент первой страницей истории археологических исследований Дальнего Востока было бы неверно. Работы A.П. Окладникова в этом крае явились органическим продолжением предшествующих географо-этнографических изысканий (нередко сопровождавшихся небольшими археологическими раскопками), которые возглавлялись такими блестящими учеными, как С.П. Крашенинников, Л.Я. Штернберг, B.К. Арсеньев, В.Г. Богораз и др.
В 1950-1960-е годы А.П. Окладников и его молодые коллеги (В.Е. Ларичев, А.П. Деревянко, Э.В. Шавкунов, Ж.В. и Г.И. Андреевы, Д.Л. Бродянский и др.) приступили к систематическим поискам и исследованию