Читать «Исторические портреты» онлайн

её в соборную церковь, венчал царским венцом, в царских дверях святым миром помазал. Видя достояние своё в такой погибели, воздвиг на него бог обличителя, великого государя нашего, воистину святого и православного царя, Василия Ивановича: его промыслом тот враг до конца сокрушён был, а на Российское государство избран был великий государь Василий Иванович, потому что он от корени прежде бывших государей, от благоверного великого князя Александра Ярославовича Невского. Святая наша вера в прежний добрый покой возвратилась и начала сиять, как солнце на тверди небесной, святые церкви от осквернения очистились, и все мы, православные христиане, как от сна воспрянув, от буйства уцеломудрились. Но прегордый сатана восставил плевелы зол, хочет поглотить пшениценосные класы. Собрались той же преждепогибшеи Северской Украйны севрюки и других рязанских и украинских городов стрельцы и казаки, разбойники, воры, беглые холопы, прельстили прежде -омрачённую безумием Северскую Украйну, и от той Украйны многие и другие города прельстились и кровь православных христиан, как вода, проливается, называют мёртвого злодея расстригу живым, а нам и вам всем православным христианам смерть его подлинно известна...»

Таким образом, выяснилось, что во всех бедах государства Московского виноват сам «прегордый сатана». Соответственно, нечего друг на друга пальцем тыкать, кто и кому сколько раз крест целовал и сколько раз клятву нарушал. Сразу два патриарха дали всем желающим отпущение грехов.

19 февраля 1607 года патриарх Гермоген по указу царя Василия разослал записи во всей Москве по всем сотням к старостам и сотским, чтобы из сотен и из слобод посадские, мастеровые и все люди мужского пола явились в Успенский собор на следующий день, 20 февраля.

В указанный день огромная толпа заполнила собор и прилегающую к нему площадь. Гермоген начал служить молебен, после которого гости и торговые люди начали у экспатриарха Иова с плачами и воплями просить прощение: «О, пастырь предобрый! Прости нас, словесных овец бывшего твоего стада; ты всегда хотел, чтобы мы паслись на злаконосных полях словесного твоего любомудрия и напоялись от сладкого источника книгородных божественных догматов, ты крепко берег нас от похищения лукавым змеем и пагубным волком. Но мы окаянные отбежали от тебя, предивного пастуха, и заблудились в дебре греховной и сами себя дали в снедь злолютому зверю, всегда готовому губить наши души. Восхити нас, богоданный решитель! От нерешимых уз по данной тебе благодати!»

После этой речи купцы и гости подали Иову челобитную, написанную таким же витиеватым слогом: «Народ христианский от твоего здравого учения отторгнулся и на льстивую злохитрость лукавого вепря уклонился, но бог твоею молитвою преславно освободил нас от руки зломышленного волка, подал нам вместо нечестия благочестие, вместо лукавой злохитрости благую истину и вместо хищника щедрого подателя, государя царя Василья Ивановича, а род, благоцветущий его отрасли корень сам ты, государь и отец, знаешь, как написано в Степенной книге. Но и то тебе знать надобно, что от того дня до сего все мы во тьме суетной пребываем и ничего нам к пользе не спеется. Поняли мы, что во всём перед богом согрешили, тебя, отца нашего, не послушали и крестное целование преступили. И теперь я, государь царь и великий князь Василий Иванович, молю тебя о прегрешении всего мира, преступлении крестного целования, прошу прощения и разрешения».

Гермоген велел успенскому архимандриту взойти на амвон и громко прочитать эту челобитную, а затем прочитать разрешительную грамоту. Народ обрадовался, попадал к ногам Иова со словами: «Во всём виноваты, честный отец! Прости, прости нас и дай благословение, да примем в душах своих радость великую».

Таким образом, Гермоген с помощью Иова совершил большое идеологическое действо — объяснил народу сложившуюся ситуацию и провёл реабилитацию духовенства и народа. Обратим внимание, во всём этом деле торжественного разрешения действуют одни и те же люди — гости и купцы. Они просят устно о прощении, они же подают челобитную. В собор не пригласили ни бояр, ни дворян, ни даже стрельцов. Но и среди простого народа возникли сомнения в искренности речей царя и патриархов. Ведь царь Василий неоднократно прилюдно свидетельствовал, что царевич Дмитрий сам закололся в припадке падучей болезни, а тот же патриарх Иов подтверждал это. А теперь вдруг оба говорят, что царевича Дмитрия убили изменники! Тем не менее, на большинство населения акция Гермогена произвела успокаивающее действие.

Осенью 1606 года Гермоген проводит новую пропагандистскую кампанию. К патриарху явился благовещенский протопоп Терентий и сообщил, что какой-то «муж духовный» видел во сне, что сам Христос явился в Успенском соборе и грозил страшной казнью москвичам, «этому новому Израилю, который ругается ему лукавыми своими делами, праздными обычаями и сквернословием: приняли мерзкие обычаи, стригут бороды, содомские дела творят и суд неправедный, правых насилуют, грабят чужие имения, нет истины ни в царе, ни в патриархе, ни в церковном чине, ни в целом народе». Далее сей «муж духовный» побежал к Терентию, тот подробно записал рассказ о видении и отправился к патриарху. Причём «муж духовный» заклял Терентия именем Божиим не сообщать никому своего имени.

Протопоп Терентий был личностью довольно сомнительной. Ранее он прославился тем, что встречал в Кремле Лжедмитрия I восторженной речью: «Уподобляяся богу, подвигнись принимать, благочестивый царь, наши мольбы и не слушай людей, влагающих в уши твои слухи неподобные, подвигающих тебе на гнев, ибо если кто и явится тебе врагом, то бог будет тебе другом. Бог, который освятил тебя в утробе матерней, сохранил невидимою силою от всех врагов и устроил на престоле царском, бог укрепил тебя и утвердил, и поставил ноги твои на камне своего основания: кто может тебя поколебать?»

Как видим, это бесстыдное враньё, граничащие со святотатством. Тем не менее, Гермоген сделал вид, что поверил мошеннику, впрочем, не исключено, что затеял видение и сам патриарх.

По приказу Гермогена описание видения было торжественно зачитано в Успенском соборе «всему народу». По сему случаю Гермоген устраивает для москвичей дополнительный пост с 14 по 19 октября 1607 года. Во время поста было велено во всех храмах «молебны петь и бога молить за царя и за всё православное христианство, чтобы господь бог отвратил от нас праведный свой гнев и укротил бы межусобную брань».

30 ноября 1606 года Гермоген рассылает патриаршьи грамоты митрополитам и епископам, получившие должны были размножить их и разослать по своим епархиям. В грамотах вновь обличался Гришка Отрепьев: «Божиим попущением, за бесчисленные наши всенароднаго множества грехи, над Московским государством и на всей великой российской земле учинилась неудобьесказаема напасть: в прошлых годах, вражиим советом, отступник православные нашия