Читать «Как спрятать империю. Колонии, аннексии и военные базы США» онлайн

вроде первого фордовского автомобиля или аэроплана, но стандарт резьбы, за который так долго сражались, тем не менее сильно ускорил развитие экономики.

«Теперь полудюймовые гайки подходят ко всем полудюймовым болтам», – объявил довольный Герберт Гувер.

•••

Вводить стандарты на материке оказалось непросто. А вот на территориях такая работа шла легче. Там заинтересованные промышленные группы были слабее (если вообще существовали), а не избираемое народом правительство считало, что может прибегать к жестким мерам. Там было необязательно уламывать производителей, созывать конференции и консультироваться с заинтересованными сторонами. Власти просто вводили стандарты и наказывали за их несоблюдение.

Способность империи продвигать стандарты была одним из главных преимуществ колониальных завоеваний. Имперская стандартизация означала, что даже в далеких краях люди будут придерживаться практик, привычных колонизаторам. Империи насаждали в своих колониях новые для аборигенов законы, идеи, языки, виды спорта, военные традиции, тенденции в моде, единицы измерения, правила этикета, банкноты и монеты, а также методы производства. Колониальные чиновники тратили на это огромную часть своего времени.

Вот почему британскую систему мер и весов (футы, ярды, галлоны, фунты…) называютимперской системой. Эти единицы измерения целенаправленно насаждали во всех колониях, чтобы все было в прямом смысле соизмеримо во всех британских владениях, а не только на Британских островах. Даже когда использовались местные меры, их определяли через британские: скажем, маунд, индийскую единицу массы, в XIX в. стандартизировали, приравняв к 100 фунтам.

Империи стандартизировали и людей. Взять хотя бы работу медсестер на Филиппинах. Пришельцам с материка, приезжающим в колонию, нередко требовался уход медсестры, особенно с учетом заболеваний, которые распространились там из-за войны. Мало кто из материковых медсестер готов был перебраться на архипелаг, а значит, выходцам с материка приходилось полагаться на филиппинцев. И власти начали их подготовку вскоре после аннексии.

Медсестринское дело не было чем-то новым для Филиппин. В стране давным-давно появились больницы, к тому же медсестры сыграли важную роль в Филиппинской революции (донья Хилария, жена Эмилио Агинальдо, учредила филиппинское отделение Красного Креста для помощи повстанцам). Однако обучение, которое предлагало новое правительство, агрессивно переиначивало медсестринские кодексы, выработанные испанцами и самими филиппинцами. Студенток, осваивавших профессию медсестры, отделяли от общего студенческого потока и размещали в специальных общежитиях, где они учили английский, готовили и ели материковую еду, осваивали материковый этикет. Их муштровали, вдалбливая материковые правила гигиены. На смену сандалиям пришли туфли, на смену длинным платьям – накрахмаленная форма из хлопчатобумажной ткани и чулки.

Филиппинские вузы стали, по сути, филиалами материковых университетов. Так, Филиппинская медицинская школа копировала программу Университета Джонса Хопкинса. Тех филиппинских медсестер, которых считали подающими надежды, отправляли на материк для дальнейшего обучения. В результате все больницы архипелага были укомплектованы не просто квалифицированными медсестрами, а теми, кто получил квалификацию на материке. А это, в свою очередь, позволяло выходцам с материка, только что прибывшим на острова, с легкостью обучать медсестер и руководить ими, почти не приспосабливаясь к местной специфике.

Такая гармонизация медсестринской практики Филиппин с материковой не только устранила многие проблемы в функционировании империи, но и привела к неожиданному результату. После того как стандарты прочно закрепляются, от них трудно отказаться, и Филиппины, даже после обретения независимости, остались сильно привязанными к США в медсестринской практике. По мере того как население США старело и сильнее нуждалось в уходе, а филиппинская экономика все больше слабела, медсестры перебирались с Филиппин в Соединенные Штаты в расчете получить работу. Сегодня десятки тысяч филиппинских медсестер занимают места в американских учреждениях здравоохранения.

В настоящее время не только медсестры учатся с прицелом на эмиграцию, даже филиппинские врачи переквалифицируются в медсестер и медбратьев ради работы за границей.

Таким образом, квалифицированные медики вымываются из страны, зато в нее поступают дополнительные деньги. Эти процессы оказывают неоднозначное воздействие на архипелаг. Здесь важно подчеркнуть, что такая трудовая миграция, превратившая Филиппины с 1960-х гг. в главного поставщика иностранных медсестер в Соединенные Штаты, не является лишь результатом действия рыночных механизмов. Архипелаг имеет конкурентное преимущество в результате того, что целые поколения здешних медсестер учились в строгом соответствии с американскими стандартами.

В общем, полудюймовые гайки подходят ко всем полудюймовым болтам.

•••

Герберт Гувер и его коллеги стандартизировали материк. Затем колониальные правители внедрили эти стандарты на своих территориях. Но оба процесса не выходили за пределы государственных границ. В Больших Соединенных Штатах господствовали единые способы производства, но за рубежом имелись свои медсестринские практики, свои углы подъема резьбы.

В гуверовские времена трудно было представить, как выйти из этого положения. Даже для того, чтобы добиться согласия среди производителей кирпича в одной стране, потребовались немалые усилия. Кто должен добиваться консенсуса французских кирпичников и японских? Эта трудность международной стандартизации объясняет, почему на протяжении первой половины XX в. почти у каждой страны имелась своя материальная культура, зачастую сильно отличавшаяся от материальной культуры остальных стран.

Первая мировая война вынудила многих осознать это с особенной ясностью. Соединенные Штаты отправили войска в Европу. Прибыв туда, американские бойцы обнаружили, что европейцы используют другое оружие, размеры их формы исчисляются по-другому, а расстояния они измеряют в других единицах.

Кроме того, они обнаружили, что не могут ничего поделать с этим. Армии США, которая, так сказать, играла на выезде, пришлось приноравливаться. Она переключилась на метрическую систему, производила снаряжение и оборудование согласно метрической системе, выпускала метрические карты, отдавала приказы, используя метрические единицы измерения, – и так продолжалось до самого конца войны. Сражаться «в километрах и килограммах» тем, кто привык к милям и фунтам, оказалось не так легко, но такова была цена координации действий американцев с французскими союзниками.

Стандарты разных стран снова столкнулись, когда грянула Вторая мировая война. На сей раз проблема была серьезнее. Соединенные Штаты не просто посылали в Европу своих солдат и деньги. Они снабжали снаряжением театры военных действий, разбросанные по всему миру.

США начали заниматься этим еще до официального вступления в войну. Рузвельт старался оправдать эту практику перед колеблющимся американским обществом. «Представьте, что у соседа загорелся дом, а у меня есть садовый шланг, – рассуждал он (эта его аналогия стала знаменитой). – Если он возьмет мой шланг и подключит его к своему гидранту, значит, я помогу ему потушить пожар».

Понятно, что это метафора. Однако нетрудно представить, как Герберт Гувер, сидящий в заднем ряду, поднимает руку: «А что, если ваш шланг не подойдет к его гидранту?»

Такой вопрос вполне уместен. Соединенные Штаты производили винтовки, рассчитанные на 7,62-миллиметровые патроны, а Британская империя использовала 7,7-миллиметровые. Британские бомбы тоже не подходили к бомбодержателям американских самолетов. Один канадский морской офицер называл «ужасным»