Читать «Сказки и легенды народов России» онлайн

На следующий день бедная Карагаш поднялась на гору, чтобы похоронить богатырские останки. Но когда она увидела, что батыр жив, заплакала от радости. А потом спросила:

– А куда же дэв подевался?

– А дэва я засунул под эту гору, – сказал Урал.

И вдруг из-под горы начали выходить клубы дыма. Это под землей горел побежденный дэв. С той самой поры эту гору народ называет Янган-тау – Горящей горой.

На Горящей горе Урал недолго пребывал. Вытащив три волоска, он подпалил их, и тотчас перед ним возник белый конь. Посадив Карагаш перед собой, батыр поехал дальше.

Проехали они через широкие поля и глубокие ущелья. Наконец, белый конь остановился и сказал Уралу:

– Мы уже близко от родника живой воды. Его сторожит двенадцатиглавый дэв. Тебе придется с ним сразиться. Возьми три волоска из моей гривы. Когда я тебе понадоблюсь, подпали их, и я тотчас приду.

Выдернул Урал три волоска из гривы – взметнулся конь под облака и скрылся за скалой.

Батыр наказал девушке оставаться на месте, изредка посматривать, что будет капать из волшебной дудочки курай – кровь или молоко, а сам пошел к месту, где лежал двенадцатиглавый дэв.

И вот впереди уже блеснул родник живой воды, и было слышно, как струилась из скалы целебная вода, одна капля которой могла исцелить больного и обессмертить здорового человека. Но охранял эту воду двенадцатиглавый дэв.

– Эй, дэв, – крикнул батыр. – Уходи с дороги, я пришел за живой водой!

Дэв на голос Урала даже бровями не повел. Батыр еще раз крикнул. Тут дэв открыл глаза и своим дыханием начал притягивать к себе богатыря. Но Урал не испугался и бросил вызов:

– Будем бороться или сражаться?

– Мне все равно, – разинул пасть Дэв. – Какой смертью хочешь умереть, той и умрешь.

– Ладно, – сказал батыр и взмахнул своим алмазным мечом перед глазами Дэва. От вспыхнувших молний дэв чуть не ослеп.

– Этим мечом я тебя и прикончу! – крикнул Урал и начал отсекать головы Дэва – одну за другой, одну за другой.

Тут, услышав отчаянный рев старшего дэва, к нему на подмогу стали сбегаться со всех сторон маленькие дэвы. Только батыр расправился с ними, как появилось великое множество самой разной мелкой нечисти. Она так навалилась на Урала, что из курая, который остался у Карагаш, закапала кровь.

Увидев кровь, девушка забеспокоилась. Недолго думая, она приложила дудочку к губам и стала наигрывать мелодию, которую когда-то слышала в пещере девятиглавого дэва.

Услыхав родной наигрыш, мелкая нечисть пустилась в пляс. Урал воспользовался передышкой и разгромил всю эту свору. И на том месте, где осталась груда изрубленных дэвов, появилась высокая гора Яман-тау – Дурная гора. До сих пор на этой горе ничего не растет и не водятся ни звери, ни птицы.

Покончив с нечистью, батыр прошел к роднику. Увы, в роднике не осталось ни капли живой воды – ее выпили дэвы. Сколько ни сидел Урал перед высохшим источником, не дождался ни одной капли.

И все же победа Урала над нечистой силой принесла плоды. Зазеленели леса, запели в них птицы, ожила природа, а на лицах людей появились улыбки. И Смерть стала реже приходить в эти края, потому что боялась богатырского меча.

Куинджи А. И. Полдень. Стадо в степи.

А Урал, посадив перед собой Карагаш на своего верного коня, помчался домой. Они поженились и стали жить в мире и любви. И родилось у них трое сыновей – Идель, Яик и Сакмар. И народ был благодарен Уралу, что вырастил таких славных богатырей.

Но Уралу, завершающему сто первый год жизни, недолго оставалось жить. Смерть давно дожидалась, когда батыр ослабнет. И вот лежит Урал на смертном одре. Со всех сторон собрались к нему люди, чтобы попрощаться с любимым батыром.

Тут один молодец подошел к Уралу и протянул ему рог с водой:

– Дорогой наш батыр! В тот день, когда ты лег на свое ложе, я пошел к роднику. Оказалось, там еще осталось немного живой воды. Семь дней я просидел у родника и по капле собрал ее остатки. Прошу тебя, испей этой воды и живи вечно на радость всем.

Урал медленно поднялся, с благодарностью принял рог, окропил живой водой все вокруг и промолвил:

– Не я, а наша родная земля пусть будет бессмертной. И пусть на этой земле люди живут счастливо.

Рассказал И. Рахматуллин в 1956 году. Записал А. И. Харисов. Перевел Г. Г. Шафиков. Литературная обработка Е. В. Лукина

Салават

Башкирское предание

Батыр Салават сражался под городом Красноуфимском. А в Красноуфимске жила одна русская девушка, которая ему приглянулась. Они полюбили друг друга и поженились. Вскоре у них родился сын.

Дела у салаватцев не ладились, и, когда нужно было отступать от Красноуфимска, Салават пришел к жене, чтобы увезти ее с собой. Но она воспротивилась.

В это время в дом ворвались пристав с урядником – они давно следили за Салаватом. Батыр ударил их с такой силой, что те пали замертво. Затем он схватил маленького сына и ускакал.

Оставил его на попечение старику Нуркылысу в деревне Киги. А сам скрылся в том месте, которое теперь называется Салаватов двор.

Салавата сопровождал друг Кинзя Арсланов.

– Давай уйдем к казахам, – предложил Кинзя. – Потом соберем войско и снова начнем дело.

Но Салават уходить не спешил.

– Я сначала должен сына забрать, – сказал он Кинзе.

Затем быстро собрался и ушел. Обратно уже не вернулся: попал в руки царских солдат.

Так сын Салавата и остался у старика Нуркылыса. Звали его Хасан. Говорят, он был весь в отца: крепок сложеньем, храбр.

Рассказал Г. Султанов в 1940 году. Записал Х. Хамматов. Перевела Ф. А. Надршина. Литературная обработка Е. В. Лукина

Марийцы

Марийцы – народ в России, коренное население республики Марий Эл, а также соседних областей. Численность – около 550 тысяч человек. Самоназвание «мари» означает «человек, мужчина». В старину марийцев называли черемисами.

Первое письменное упоминание о черемисах встречается у готского историка Иордана (VI век). Упоминаются они в «Повести временных лет», а позднее – в государственных актах Золотой Орды, под властью которой оказались в XIII веке. Ордынских правителей сменили казанские ханы, что правили так же лукаво и жестоко. Об этом говорится и в марийских легендах, в частности, в повествовании о старике Вегенее, который однажды пожаловался казанскому хану на притеснения пошкыртов (башкиров), а тот, получив от него затребованную дань, посоветовал старику самому обороняться от воинственного соседа.

Со взятия Казани (1552) началась усиленная колонизация марийцев, сопровождавшаяся их христианизацией. В результате вспыхнуло восстание, более известное как «черемисская война». Подавив его, царская власть начала повсюду возводить остроги, которые со временем превратились в города – Царевококшайск (Йошкар-Ола), Козьмодемьянск, Яранск.

Впоследствии марийцы поддержали крестьянский мятеж во главе с Емельяном Пугачевым, который обещал сохранить народные обычаи. Марийцы и поныне остаются приверженцами «марийской веры», сочетающей в себе православие и традиционные верования.

Память о героическом прошлом народа отразилась в творчестве выдающегося марийского композитора Андрея Эшпая (род. 1925), написавшего музыку к художественному фильму «Емельян Пугачев». Кроме того, он стал автором симфонических танцев на марийские вариации, зажигательных венгерских напевов, а также замечательных композиций на патриотические темы.

Корнеев Е. М. Черемиска.

Юношей Андрей Эшпай ушел добровольцем на фронт, командовал взводом разведки, брал Варшаву и Берлин. Своим погибшим товарищам композитор посвятил песню «Сережка с Малой Бронной», которая стала народной.

Старик Вегеней

Марийская легенда

Старик Вегеней охотился в приволжских лесах. Стоял здесь березняк, от которого исходил белый свет. В березняке и поставил охотник свой шалаш, покрыв корой липы и вяза. Ходил кругом, ловил и куниц, и ондатру, и лисиц.

Однажды услышал он, как недалеко в деревне кто-то лает по-собачьи. Это была собака-коршун, чуткая ко всяким запахам, в охоте незаменимая. Сама маленькая, ножки короткие, в общем, небольшой породы. Собаку-коршуна он принес домой и с той поры всегда брал с собой.

Как-то во время охоты она подошла к клену и залаяла на него. Старик Вегеней удивился, но все-таки решил разок ударить топором по клену. Как рубанул, потекла из него кровь. «Э-хе-хе, ты самой судьбой определен мне; оказывается, ты даже с душой», – решил старик. После этого он уже не отходил от этого дерева.

Вырубил вокруг него липовую поросль, надрал лыко, три дня вил веревку. «Нельзя покидать его, – думал, – раз на него по случайности наткнулся. Если покинешь такое дерево, то оно переселится».

Рядом с деревом выкопал себе яму, другую яму выкопал своей крылатой собаке. Поднялся старик Вегеней на клен, привязал конец веревки к его верхушке. Потом, спустившись, привязал к другому концу веревки деревья для противовеса. Кончил привязывать, начал рубить клен. Когда он рубил, кровь из него брызнула фонтаном. Клен наклонялся вес ниже и ниже, подминая под себя привязанные деревья. Наконец, рухнул.