Читать «В тени королев. Истории из жизни двора Тюдоров» онлайн

удушит веревка. Контроль над мочевым пузырем она уже потеряла.

Священник читал молитву, но она его не слышала. Повозка укатила прочь.

АННА

1557 год

Ребенок родился раньше срока в потоке кровавого месива. Мне не дали его увидеть.

Я знала, что эта беременность окончится трагедией. Прежде чем затвориться в своей комнате перед родами, я увидела призрака у церкви и поняла, что это Агнес, только она больше не выглядела умиротворенной – была взволнована, и я успела различить рубец на ее шее, прежде чем видение исчезло. Мало того, она манила меня к себе. Сердце мое похолодело.

Меня не оставляли мысли о судьбе женщины, рисовались картины ее последних мгновений. Этот замок и в самом деле проклят, я уверена: Хангерфорды никогда не познают радости в браке. И я боюсь, что стала мешать Уолтеру…

Я чувствую, как силы покидают меня. Тело кажется легким и бесплотным.

Уолтер уехал ко двору. Мне ясно почему, я ведь не дура. Там есть женщина, за которой он ухаживает. Я вижу все признаки, ведь она не первая. Он должен был вернуться домой к родам, но они случились раньше срока.

Пока я уплываю в сон, мне кажется, что он здесь, со мной, и мы наконец-то вместе, одни. Он обнимает меня, а я задыхаюсь, хватаю ртом воздух, как, наверное, делала Агнес в последние мгновения жизни. Наступает темнота.

От автора

Судьбы Анны Бассет и Агнес Хангерфорд подробно отображены в современных им источниках, особенно в «Письмах Лайла» (Lisle Letters) и «Письмах и бумагах правления Генриха VIII» (Letters and Papers of the Reign of Henry VIII). В статье Уильяма Джона Харди «Леди Агнес Хангерфорд» (W. J. Hardy, Lady Agnes Hungerford, Antiquary Magazine, 2, 1880) и в книге Джеймса Мура «Дела об убийствах во времена Тюдоров» (James Moore, The Tudor Murder Files, 2016) освещена история Агнес. Хотя часто утверждается, что происхождение этой женщины неизвестно, я нашла следы пребывания самой Агнес и ее первого мужа в Кентербери. За сведения о Маргарет Скипвит благодарю Элизабет Нортон.

Недавно я перечитывала «Дела об убийствах…», и меня очень увлекло краткое, но захватывающее описание произошедшего в аристократической семье Хангерфорд убийства и казней некоторых его членов. Я начала углубляться в эту тему и решила когда-нибудь написать повесть на основе этих событий.

Через неделю я задумалась, каких персонажей выбрать для двух коротких рассказов, которые дополнили бы мой роман «Анна Клевская». Одной героиней я решила сделать Анну Бассет, которая могла бы стать женой Генриха VIII, если бы судьба не распорядилась иначе, – по крайней мере, так рассуждают об этом современные той эпохе источники. Я много знала о времени, проведенном Анной при дворе Генриха, но мало – о ее последующей жизни. Представьте себе мое изумление, когда я обнаружила, что она вышла замуж за Хангерфорда и можно сплести две истории в одном повествовании.

Уильяма Ингеса повесили через шесть месяцев после Агнес. Некоторые люди видели ее призрак у входа в церковь замка Фарли-Хангерфорд. Нет никаких сведений о том, что Анну Бассет задушили.

Художница короля

1539 год

Луч октябрьского солнца проник в комнату сквозь зеленоватое окно с каменным средником и осветил лицо короля. Сидя напротив и зарисовывая знакомые черты, Сюзанна размышляла о том, как он растолстел и постарел за последние три года. Мало кто так хорошо знал лицо и фигуру короля, как она, ведь на протяжении шестнадцати лет ей доводилось не раз рисовать его. Грустно было видеть, как обрюзг благородный профиль, как отяжелели щеки; утратило формы его атлетическое тело, заплывшее жиром.

Поначалу Сюзанна трепетала от благоговения, когда король позировал ей, но с годами успокоилась, их общение стало легким и приятным. Развития отношения не получили. Естественная дистанция между монархом и подданной разделяла их, и король никогда не подавал признаков того, что находит ее простые фламандские черты привлекательными. Оно и к лучшему. Ей не нужны осложнения в профессиональной жизни.

– Мистрис Гилман, я хочу, чтобы портрет был миниатюрным, не больше двух дюймов в высоту, – сказал король.

– Вашей милости угодно иметь его на пергаменте или на слоновой кости? – спросила Сюзанна.

– На пергаменте. Я намерен поместить его в медальон. Мастер Гольбейн сейчас как раз сочиняет проект.

Художник короля, господин Гольбейн, был гением – а как же иначе, если он учился у брата Сюзанны Лукаса?

– Я закончила, сир. Хотите взглянуть? – Она отложила угольный карандаш.

Сюзанна поднесла набросок к креслу короля, надеясь, что рисунок не покажется ему откровенно льстивым. Изображать владыку с грубым реализмом ей не хотелось. Искусство должно быть прекрасным, возвышать дух и радовать чувства.

– Превосходно, как обычно, – восхищенно произнес Генрих. – Отличный подарок для моей невесты.

О его грядущем браке с принцессой Клеве объявили всего три дня назад, и весь двор без умолку трещал об этом. Сюзанна радовалась за короля. Он так сильно горевал, потеряв два года назад супругу Джейн.

Сюзанна находилась в ее свите и искренне надеялась, что от нее не потребуют занять тот же пост при дворе новой королевы. Ей пришлось бросить искусство и все, что было с ним связано, ведь художников причисляли к ремесленникам, – по мнению придворных, они стояли на одном уровне с мастерами разных профессий и торговцами, и в целом считалось, что женщине из свиты королевы не пристало самой зарабатывать себе на жизнь. Сюзанна сожалела о смерти в родах Джейн Сеймур, но при этом испытывала облегчение, так как теперь могла вернуться к первой и главной страсти своей жизни, которая служила ей панацеей от личного горя – муж ее скончался в том же году – и позволяла не чувствовать себя отданной на волю волн, после того как она двенадцать лет прочно стояла на якоре рядом с Джоном Паркером.

Люди говорили, что она хорошо устроилась. Джон был смотрителем дворца Вестминстер, а также йоменом королевских арбалетов и королевских мантий. Жизнь шла гладко. Сюзанна проводила часть времени при дворе, а часть – в домах своего супруга, расположенных в Фулеме и Кингс-Лэнгли. Муж даже оборудовал там для нее мастерские, хотя она продолжала заниматься искусством в студии своего отца при дворе, где всегда имелось много заказов и пара умелых рук была в большой цене.

Вторая великая страсть ее жизни ожидала внизу у лестницы, когда закончится сеанс позирования короля. И то была еще одна причина нежелания Сюзанны возвращаться