Читать «Я великий друид которому 400 лет! Том 2» онлайн
Дмитрий Дорничев
Страница 40 из 71
Староста же попытался остыть, видимо, задели мои слова про преступление. Ну а я подошёл к телефону и, взяв трубку, набрал номер. Как раз помню телефон одного участкового…
— Алло, Пётр Евгеньевич? Можете, пожалуйста, срочно приехать в село Старая Вишня, а также прихватить медиков, нужно засвидетельствовать побои. Пострадали дети. Выезжайте, пожалуйста, тут также… — договорить я не смог, ибо староста выдернул телефонный шнур. — И что же вы делаете?
— Вы совершаете ошибку, Иван, — ответил тот и вновь перешёл на «вы».
— Я? — не удержавшись, приподнял бровь от удивления.
— Вы сделаете лишь хуже. Причём всем.
— Да? И что же вы предлагаете?
— Мой сын извинится перед вашей сестрой и забудем об этом, — напирал немолодой мужчина, отчего я едва не рассмеялся.
— И вы считаете это справедливым? «Простите за то, что я избил вашу сестру и попытался изнасиловать. Давайте всё забудем!», так что ли⁈ — слегка повысил я голос.
— В противном случае, Иван Олегович, ваша семья окажется в затруднительном положении, — прорычал староста. — И вообще, это не вам решать. Пусть ваш отец приезжает, и мы поговорим.
— Что ж, пусть приезжает, — согласился я с последним, и отец приехал. Вот только…
— Максим, да я тебе рожу набью! — рассвирепел обычно спокойный отец, когда всё выслушал.
И пришлось мне держать отца, иначе этот урод ведь всё в свою пользу использует. Здесь также находилась сестра, а вот матери мы ничего не сообщили.
— Остынь, Олег! — рыкнул староста. — Ничего же не произошло. Не собирались они ничего такого делать!
— В жопу засунь себе это «не собирались»! — ответил отец, но всё же успокоился.
— Я уже всем рассказала, — раздался голос Оли, и взгляд у неё был серьёзным, а голос уверенный. — И фотки в чат скинула, и запись разговора вашего. Теперь не удастся всё замолчать, Максим Викторович.
Староста застыл, а глаза стали наливаться кровью.
— Прости, пап, но эти уроды немало крови попили девчатам. От кого, по-вашему, беременна моя одноклассница Черноголова? Староста заставил молчать как Аню, так и её семью. Ну и денег вроде подкидывает за молчание.
Мы все, особенно директор, неслабо удивились, а староста побагровел.
— Это ложь!
— Тест ДНК, — ответил я и стал предельно серьёзным. — Максим, ты не только не смог угомонить своего упыря, но и не пытался. Рекомендую подать заявление в отставку. Не быть тебе более старостой.
— Я вас всех засужу за клевету, — он пошёл на выход и хлопнул дверью. А у нас телефон зазвонил. Телефон директора.
— Пётр Евгеньевич! Там сейчас староста наш выходит. Не могли бы вы его задержать? У нас тут, оказывается, весьма серьёзное дело, — попросил я участкового и всё рассказал. Но, нет, наш участковый — мямля и не смог этого сделать…
Одно хорошо, он привёз медиков, которые осмотрели меня и подтвердили, что я никого не бил, не царапал и прочее. Осмотрели сестру, составили протоколы, приняли наши заявления, и поехал участковый к старосте. Чего он добьётся, не знаю, но мы в любом случае это так не оставим.
* * *
Дом старосты.
Вечер.
Из города Максим Викторович вернулся поздно и в отвратительном настроении. Пришлось ехать к юристу, который поможет в этом деле.
Вот только толкового юриста пришлось ещё поискать, ведь, узнав в чём суть дела, многие юристы попросту отказывались. Все, у кого были хоть какие-то жизненные принципы, не захотели защищать сына старосты. И «как назло», это были самые именитые адвокаты города. Ну и у них были свои дочери.
Благо, нашёлся один адвокат, который взялся. Правда, за очень большие деньги. Зато он «гарантировал успех»…
— Максим… — в гостиной, мужа встретила худая женщина лет пятидесяти. — Гене плохо…
— Ещё бы! Прибил бы придурка! — рассвирепел тот.
— Да нет… Он уже час в туалете сидит!
— Туалет! — мужчина схватился за живот, ибо уже давно терпит и даже едва не остановил машину на дороге, дабы удобрить снег.
Рванув с места, староста влетел в туалет на втором этаже, ибо туалет на первом был занят сыном. Лишь каким-то чудом Максим Викторович дотерпел, а затем начался ад…
Высокая температура и, казалось бы, бесконечный понос. К моменту, когда мужчина выбрался из туалета, прошёл час, и в гостиной обнаружились врачи. Сейчас они уложили на носилки Геннадия, который выглядел бледным и истощённым.
— Вы тоже заразились? — спросил врач в маске.
— Похоже… живот и понос…
— Тогда с нами поедете.
Отказываться Максим Викторович не стал, потому что чувствовал себя и правда плохо. А этот кровавый понос словно высасывал душу из тела…
* * *
Ферма.
Поздний вечер.
— Спасибо, — кивнул отцу.
— Тебе спасибо за Олю… И спокойной ночи.
Отец развернул машину и поехал домой. Я же запер ворота и направился в дом, где меня уже встречала Любава. Устал…
Вечер выдался тяжёлым… Оля смогла взбудоражить всех девушек, включая тех, кто приезжает из соседних сёл. Все, к кому приставал сын старосты, домогался или даже склонил к действиям сексуального характера, а таких нашлось аж трое, написали заявления. На дружков Геннадия заявления тоже написали, они — соучастники.
Вот мы с участковым и ездили по сёлам собирая показания, заявления и прочее. Вечером же участковый передал материалы в следственный комитет, а отец отвёз меня домой.
Тяжёлый был день…
— Как Занн? — спросил у девушки на крыльце.
— Лучше… Я переживала…
— Сейчас всё расскажу.
За ужином поведал девушке о сегодняшнем дне, и та аж пламенем вспыхнула. Благо, одежда не пострадала. Пострадала скатерть!
— Ну бли-и-и-ин! — сокрушалась девушка, смотря на обожжённый кусок скатерти.
— Ещё и маны кучу потратила в никуда, — покачал я головой.
— Из-за всего этого нервы ни к чёрту, — вздыхала она. — Но всё же, как можно быть таким мудаком⁈ Ну дай ты своему щенку ремня хорошего, раз он такой урод. Нет же, начал его прикрывать, чем сильнее избаловал и вырастил ещё большую мразь!
— Власть и безнаказанность извращают, — теперь уже я вздыхал, вспоминая немало плохого из иного мира. — А где волки?
— Спят с Занн. Охраняют её.
— Хорошо. Пошли и мы спать?
— Душ, баня, запас сил? — похотливо заулыбалась