Читать «История жизни советского инженера от Сталина до Путина. Книга I» онлайн
Александр Николаевич Семиколенных
Страница 12 из 41
Пришлось по многим вопросам трудно, но коллеги по лаборатории вовремя предостерегали от ошибок, если надо, помогали. И к завершению времени написания диплома я уже начал рисовать конструкторскую документацию моей первой в жизни промышленной разработки. Если честно, то рисовал опять не сам. В лаборатории была замечательная девушка Люба, лаборант, и она мне с удовольствием помогала в чертежных хлопотах. Диплом пришлось делать секретным, так как он содержал информацию о действующих закрытых изделиях. Доклад на защите диплома мой руководитель заставлял меня переделывать несколько раз. Но защита прошла без проблем, с оценкой отлично. На отлично я сдал экзамены и по специальности (вычислительные машины дискретного действия, импульсная техника, программирование, электромагнитная техника, теоретические основы информационной техники, организация и планирование предприятия). И вот 11 февраля 1969 года мне вручен диплом по специальности «Математические и счетно-решающие приборы и устройства» с присвоением квалификации инженера-электрика.
Начинался другой, не известный пока этап долгой трудовой деятельности. Ровно через месяц после вручения диплома, 11 марта 1969 года, я был зачислен в НИИ автоматики и приборостроения на должность инженера третьей категории.
Глава 2. Моя трудовая деятельность в СССР
Кончилось время, когда можно было самостоятельно планировать свое время. Если надо что-то для себя в личной жизни, то можно было и пропустить лекции, занятия. Да и мысли были заняты больше любимой девушкой, встречами с друзьями, вечеринками, туристическими походами.
Теперь все изменилось. Ранний обязательный подъем в 6:30. Поездка на работу в НИИАП занимала больше часа езды на метро, а потом на автобусе.
Опаздывать было нельзя, порядки были строгие, три опоздания — и могли уволить с работы. Возвращение домой в лучшем случае в 20:00. И так каждый день, кроме выходных. Все это было на начальном этапе трудовой деятельности непривычно.
Но на работе трудовой процесс уже был отлажен с преддипломной практики. К моему выходу на работу были уже изготовлены промышленные образцы прибора моей разработки, было готово и стендовое оборудование. Большую часть рабочего времени я проводил в цехе, где вместе с регулировщиками аппаратуры осуществлял авторское сопровождение. Вместе искали неисправности в аппаратуре после ее изготовления. Очень интересным этапом было испытание всей системы управления в целом. Когда выявлялись нестыковки по сигналам между различными узлами системы, надо было найти причины и устранить их. Цеха НИИАП были оснащены самыми современными измерительными приборами, и я научился ими пользоваться и применять на практике. Меня эта работа увлекла и стала моим любимым занятием на многие годы последующей трудовой деятельности.
Но появились и неприятные для меня моменты в трудовом процессе. Любые изменения в разработанных узлах надо было отразить в конструкторской документации, в схемах, технических описаниях и инструкциях. Все это занимало очень много времени. Текстовые документы мы в лаборатории готовили на электрической пишущей машинке (персональных компьютеров, к сожалению, в то время не было), а схемы чертились вручную. Лаборантка Люба ушла в декретный отпуск, и всем нам, сотрудникам лаборатории, по своим узлам приходилось вносить изменения в конструкторскую документацию самостоятельно. Самым ужасным было согласовывать изменения с нормоконтролем. Приходилось переделывать свою работу несколько раз. И я заскучал. Не только из-за этого. Не было заданий на новые разработки в нашей лаборатории, а бесконечно сопровождать старые изделия было уже неинтересно. Я начал налаживать связи с сотрудниками лабораторий, где разрабатывались бортовые вычислительные машины, они получили задания на разработку новых изделий, и я надеялся на возможность моего перехода на работу в эти лаборатории.
Наступили в 1969 году и изменения у меня в личной жизни. Мы решили с Лидой создать семью и подали соответствующее заявление в модный тогда Дворец бракосочетания на улице Грибоедова. Все родители были согласны, возражений не было. Свадьба состоялась 14 августа по стандартам, принятым в те времена. Была заказана машина «Чайка», после самой процедуры регистрации брака приехали ко мне домой на 13 Парковую улицу, где был накрыт стол. Гостей было человек 20 — родители, родственники, мои школьные друзья, наши друзья по институту. Нас поздравили, конечно, покричали «горько», попели под гитару песни и наши студенческие, и народные, старшего поколения. Лида, как и моя мама, по каким-то соображениям не стала брать фамилию мужа и осталась Бабуриной. На следующий день вечером мы уже отправились в свадебное путешествие. Мы уже проработали полгода после окончания института и смогли оформить двухнедельный отпуск. На двоих наша зарплата составляла 240 рублей, деньги, позволяющие нормально существовать и даже путешествовать в пределах СССР.
14 августа 1969 года мы теперь семья
Для свадебного путешествия мы выбрали Прибалтику. Большую часть путешествия провели в красивом и тихом городе Друскининкай в Литве, на берегу реки Неман. Жили на съемной квартире, о которой заранее договорились еще в Москве. Время провели замечательно: изумительная природа, чистый воздух, приветливые люди. Дальше мы проехали по маршруту Каунас — Вильнюс — Рига — Таллинн.
При переезде были использованы и местные авиалинии (летали даже на замечательном самолете АН-2 с воздушными ямами, болтанкой), и общий вагон пассажирского поезда при переезде из Риги в Таллинн. Я даже ухитрился уместиться и поспать на третьей полке общего вагона. Нигде на ночь не оставались, днем осматривали эти красивейшие города, а ночью переезжали на следующий объект нашего путешествия. Было, конечно, тяжело, но молодость позволяла путешествовать в таком режиме.
В свадебном путешествии
После свадьбы встал вопрос, где нам жить дальше. Конечно, хотелось, как и всем молодым семьям, наверное, жить отдельно, иметь свою квартиру, но такой возможности у нас тогда не было. Родители жены, Роман Романович и Александра Афанасьевна Бабурины, жили в коммунальной квартире, имели одну комнату площадью метров 17, там была прописана и Лида. Оставался только один вариант — жить пока у меня и искать пути решения этой вечной квартирной проблемы. Конечно, Лиде было непросто психологически жить в квартире моих родителей. Например, на маленькую кухню площадью в шесть метров приходилось четыре женщины: моя бабушка, мать, уже почти взрослая сестра и моя супруга. У всех свой подход к