Читать «Посткоммунистические режимы. Концептуальная структура. Том 1» онлайн

Поскольку патрональные автократии также являются мафиозными государствами, для верховного патрона, то есть крестного отца, самым страшным грехом приемной политической семьи, за которым всегда следует месть, является нелояльность. Лояльность – это важное условие как для принятия в семью, так и для получения доли ее доходов[553]. Акторы, желающие покинуть систему или вступить с ней в конфронтацию, могут быть наказаны за такие проступки и такими средствами, которые в либеральных демократиях сложно было бы себе представить. Из-за затрудненной деятельности институтов по поддержке демократии или их полной ликвидации, а также в силу создания патронально-клиентарной системы дискреционные инструменты, не доступные при условии, что система сдержек и противовесов работает исправно, а полномочия разделены, становятся доступными и используются, чтобы обеспечивать молчание и повиновение. Эти инструменты работают на самом глубинном уровне, их использование вызывает всеобъемлющие и долгосрочные последствия. А, как нам известно из криминологии, жертвы, сталкивающиеся с экзистенциальной угрозой, обычно молчат, потому что если заговорят, это лишь навлечет на них неприятности.

Именно поэтому невозможно покинуть систему мирно и по собственной воле. Глава политической семьи либо исключает из нее принятого ранее члена, либо преследует его в случае его отступничества. Независимо от того, был ли он президентом республики, назначенным на эту должность политической семьей, министром или членом парламента, он знает, какие последствия его ожидают в случае ухода или протеста. Эти последствия предполагают не просто потерю некоторых преимуществ, но и возможность полной потери средств к существованию. Отступничество влечет за собой не только «право стрелять», что означает, что другие члены семьи могут действовать в ущерб отступнику и использовать против него политические и экономические средства, но и «обязанность стрелять».

С другой стороны, когда нелояльность считается грехом, члены политической семьи, совершившие какой-либо другой проступок, будь то преступление против закона или нравственности, в патрональных автократиях могут избежать наказания. Имело ли место злоупотребление государственными должностями в личных целях, подделка официальных документов или домашнее насилие, не имеет значения, по крайней мере до тех пор, пока эти преступления не выходят за пределы того, на что был уполномочен актор [♦ 5.3.4.2][554]. Если общественность активно выступает против преступника или если на преступление следует исключительно серьезная реакция международного сообщества, то совершивший его может быть принесен в жертву. И все же эти люди могут быть уверены в одном: верховный патрон всегда будет их поддерживать, обеспечивая их неприкосновенность и безнаказанность. В крайнем случае по аналогии с программами защиты свидетелей политическая семья даст им возможность начать свою жизнь заново в другом месте, удалив их от взоров общественности. Однако это возможно только в том случае, если человек лоялен. В этом и заключается сила режима: он не сдает «врагам» своих людей. Для тех, кто осознает все потенциальные потери, которые можно понести, выбрав противоборство, а также все защитные преимущества послушания, конфронтация не только становится почти невозможной, но и теряет всякий смысл.

Термин «аморальная семейственность» (amoral familism) Эдуарда К. Банфилда, описывающий пропитанные мафиозными обычаями отношения в среде бедного населения Южной Италии, может быть также использован для описания правил поведения приемной политической семьи и мафиозного государства[555]. Аморальная семейственность в патрональных автократиях вытекает из внутренней культуры кланов и означает отсутствие какой-либо ответственности и солидарности в отношении тех, кто не принадлежит к приемной семье. Кроме того, аморальная семейственность часто приводит к манихейскому мировоззрению, которое делит мир на «нас» и «их» в целях защиты сети от посторонних людей, чьи интересы находятся под угрозой или нарушаются мафиозным государством [♦ 6.4.2.4].

В литературе, посвященной современной политике, для описания этого свойства применяется понятие «трайбализм» или «неотрайбализм», а лежащее в их основе понятие «триба» (от лат. tribus – племя) очень тесно связано с социологическим и антропологическим определением кланов (в том числе в работах Макса Вебера)[556]. Однако социологическая структура триб и их правящей элиты довольно сильно отличается от посткоммунистических кланов. Главное отличие состоит в том, что в трибе черты, свойственные роли отца семейства, верховного патрона или крестного отца, не проявляются. Как в доиндустриальных, так и в современных трибах власть вождя, как правило, ограничивается «советом старейшин» или похожим органом. При этом нередко существует какой-либо формализованный обряд или процедура, в рамках которой другие члены трибы могут бросить ему вызов[557]. В приемной политической семье требование лояльности и страшная кара за нелояльность, присущие роли отца семейства, не допускают подобных практик.

3.6.3. Как верховный патрон распоряжается своим статусом и имуществом

3.6.3.1. Предоставление защиты: крыша, порядок ограниченного доступа и накопление имущества

Распоряжаясь судьбой своего политического режима и страны, верховный патрон также распоряжается статусом и имуществом различных заинтересованных лиц, в особенности членов своей приемной политической семьи. Это становится возможным благодаря максимальной амплитуде произвола, присущей всей его деятельности, и означает, что он может абсолютно беспрепятственно выбирать, в какой момент ему использовать свои публичные полномочия, а в какой момент действовать иначе [♦ 2.4.6]. Однако, как мы указывали на Схеме 2.2 в Главе 2, дискреционное вмешательство государства может быть как позитивным, так и негативным. Примером позитивного вмешательства является предоставление защиты.

♦ Предоставление защиты предполагает дискреционное использование (государственных) средств в пользу определенного актора. В патрональных режимах патроны, как правило, предоставляют защиту своим клиентам.

Внутри приемной политической семьи самым распространенным видом предоставления защиты является крыша. Исследуя Россию в период олигархической анархии [♦ 2.5.1], Волков определил, что изначально «этот термин относится к частному силовому партнеру – неважно, легальному или преступному – и обозначает комплекс услуг, предоставляемых [экономическим акторам] для обеспечения их физической безопасности и снижения степени риска деятельности их предприятий»[558]. Леденёва также изначально давала определение этому понятию: «защита сверху, которая может предоставляться группами, происходящими из криминальных структур, армии или спецслужб»[559], хотя позже обобщила его до «политического и криминального покровительства, получаемого в обмен на регулярные выплаты или другую финансовую поддержку со стороны бизнесменов»[560]. Наше определение, в которое мы пытаемся вместить как нисходящие, так и восходящие формы коррупции [♦ 5.3], является еще более общим.

♦ Крыша – это неформальная, дискреционная защита чьих-то свобод и собственности от законных и незаконных посягательств.

В случае приемной политической семьи самая важная разновидность крышевания – это обеспечение безнаказанности, то есть защита от правоохранительных органов и от различных наказаний, предусмотренных официальными контрольными органами. Насколько всеобъемлющей будет являться такая защита, зависит (1) от амплитуды произвола конкретного актора и (2) широты спектра институтов, внутри которых актор может прибегнуть к произволу.