Читать «По эту сторону истории. В защиту другой историографии» онлайн

друг на друга разные времена. Такие объекты, как пресловутые историографические «источники»615, вышеупомянутая авиабомба или кости динозавра, могут странствовать во времени, чтобы в определенный момент снова стать частью настоящего. Медиа не только (в буквальном смысле) отвечают за посредничество, «медиацию», как это легко увидеть на примере фотографий; идеи, абстракции, рассказы могут стать хроноференциально продуктивными потому и тогда, когда они обогащаются различными значениями в различных контекстах (какие только значения ни приобретали «свобода», «демократия» или история доктора Фауста). События могут обрести собственную хроноференциальную жизнь, если они неоднократно осмысляются, причем всякий раз немного иначе. Такие культурные приемы, как цитирование, предсказание или сохранение, не только незаменимы, но и показывают, что хроноференция на самом деле не ограничивается историей, а является важной частью нашей повседневной жизни, например, в рекламе, метеорологии, индустрии страхования или деятельности музеев. И этот список – далеко не полный. Поэтому я мог бы выразиться короче и сказать, что все потенциально способно быть вовлеченным в хроноференции. Однако на самом деле не все становится средством трансляции хроноференций – только определенные аспекты нашей жизни могут быть использованы для связи времен друг с другом. Но почему именно те, а не другие аспекты, и именно таким образом, используются для установления хроноференций – вопрос, на который еще предстоит ответить.

Карлсбад/Нью-Мексико

Город Карлсбад, штат Нью-Мексико – не путать с Карлсбадом в штате Калифорния – в этом отношении не оригинален. И все же он заслуживает хотя бы некоторого внимания, потому что сознательно выбрал свое название, желая установить особую хроноференцию. Современный Карлсбад имеет точную дату рождения. Он был основан 15 сентября 1888 года – только не как Карлсбад, а как Эдди616.

Чарльз Бишоп Эдди (1857–1931) происходил из почтенной семьи в Нью-Йорке. Он покинул родные места в возрасте 20 лет и занялся торговлей скотом в Колорадо, где владел двумя ранчо. Из Колорадо он отправился на юг в поисках новых пастбищ. Он купил ферму на юге долины Пекос, на территории современного округа Эдди на юге Нью-Мексико. В этом начинании его поддержал брат Джон Артур Эдди.

Несмотря на то что Чарльз Б. Эдди оставался успешным предпринимателем-скотоводом, его амбиции не ограничивались этой областью. Начав с долины Пекос, он стал продвигать проекты по созданию поселений, чем оказал важнейшее влияние на развитие южной части Нью-Мексико. Идея заселить окрестности долины Пекос, вероятно, не пришла бы в голову никому из тех, кто путешествовал там в конце XIX века. Это бесплодная земля, лишенная лесов, местами похожая на пустыню, где в летние месяцы столбик термометра поднимается порой выше 40 градусов по Цельсию. Глубину воображения и способность к прогнозированию, которыми, должно быть, обладали братья Эдди, трудно постичь в исторической ретроспективе. Дом под названием Халагуэно, который Эдди построили на своей ферме в 1886 году, был единственным каменным домом на мили вокруг. В то время других постоянных поселений не было более чем в 100 километрах к северу от Розуэлла и примерно в 160 километрах к югу617.

Эдди быстро понял, что вода будет иметь решающее значение для развития этой территории, и сделал ее отправной точкой своего проекта618. С помощью других инвесторов с Восточного побережья США он инициировал крупный ирригационный проект, ставший основой для сообщества, которое 15 сентября 1888 года было названо в честь человека, которому оно обязано своим существованием. Чарльз Б. Эдди был одержим почти утопической идеей города, который должен быть построен на этом иссушенном, практически непригодном для жизни участке земли. Это место должно было стать культурной меккой, экономическим и социальным центром притяжения – со своими ресторанами, отелями и театрами. Обычно к появлению поселений приводят благоприятные природные условия. В случае с городом Эдди было иначе: сработали, скорее, дальновидное мышление и дар убеждения, которыми обладал основатель города, поскольку место начало оживать только после прибытия первых поселенцев и реализации проекта ирригации. Поселенцев из Англии, Швейцарии, Франции и Италии заманивали в Эдди, организуя кампании по вербовке. В 1918 году в поселке проживало более 2000 человек, и ему присвоили статус города. В начале XXI века здесь проживает более 25 000 человек.

Однако до этого Чарльз Б. Эдди вместе со своим братом и еще одним фермером из долины Пекос, обладавшим необходимой предпринимательской жилкой, основал «Ирригационную и инвестиционную компанию долины Пекос» (Pecos Valley Irrigation and Investment Company), чтобы планомерно заниматься орошением засушливой почвы. Этим фермером был Патрик Гарретт, шериф округа Линкольн в Нью-Мексико с 1880 по 1882 год, известный по сей день тем, что застрелил Уильяма «Билли Кида» Бонни619 в 1881 году620. Ферма Патрика Гарретта находилась в Розуэлле, также в долине Пекос, – том самом Розуэлле, где в 1947 году произошел инцидент с предполагаемым НЛО. Тогда разбился метеорологический шар ВВС США, который некоторые определили как летающую тарелку и который с тех пор стал предметом теорий заговора и мифов о визитах пришельцев621.

Такие временны́е, личные и локальные связи возникают, как правило, случайно и могут быть так или иначе созданы практически в любой точке мира, просто потому, что спустя определенное время в каждом месте наслаиваются друг на друга множество историй, которые можно более или менее преднамеренно комбинировать622. Однако гораздо больший исторический (а также политический и культурный) интерес представляют ситуации, когда индивиды или группы сознательно устанавливают хроноференцию, то есть когда они намеренно отыскивают отсылку к другому времени, обеспечивая возможность по-новому позиционировать себя в здесь-и-теперь.

Курорт

Несмотря на то что поселок был основан в 1888 году под именем Эдди, исходного названия он не сохранил. Это связано не столько с постепенно ослабевающей благодарностью к человеку, развивавшему эту территорию (он увековечен в существующем по сей день названии округа Эдди в Нью-Мексико), сколько с открытием источников минеральной воды, которые молодая община намеревалась использовать с выгодой для себя. Роберт Уимс Тенсилл (1844–1902) был производителем сигар из Чикаго, приобретшим огромное состояние благодаря тому, что одним из первых начал интенсивно рекламировать свою продукцию. Из-за хронического заболевания легких он по совету врачей сначала переехал в Колорадо, а затем окончательно перебрался в Эдди, засушливый климат которого был благоприятен для легких. Он умер здесь в 1902 году и до самой смерти занимался обработкой земли, участвовал в ирригационных проектах, развивал культуру минеральных источников. Поскольку они напоминали ему о посещении богемского курорта Карлсбад, он предложил назвать город в честь великого образца для подражания и воспользоваться его популярностью. После голосования 23 мая 1899 года община приняла новое название – Карлсбад623.

Хроноференциальные ассоциации нового названия стали очевидны современникам примерно на рубеже XIX–XX веков. В то время богемский город Карлсбад был олицетворением курортной культуры как таковой в гораздо большей степени, чем сегодня. Расположенный сегодня на западе Чехии, город в устье рек Огрже и Тепла, окруженный горами и утесами, предлагает идеальные условия для курорта. Переименование Эдды в Карлсбад, возможно, было связано с надеждой на аналогичную выгоду от сочетания природы и целебных источников, способных преобразить место в примечательный город, в который будут наезжать знаменитости, желающие отдохнуть (или даже просто развеяться). В начале XX века этот регион даже рекламировал себя как намеревающийся стать «великим санаторием мира»624.

Переименование в Карлсбад едва ли случайно совпало с проводившейся тогда более масштабной кампанией Иммиграционного департамента Нью-Мексико по продвижению этого региона не только как идеального для заселения, но и как привлекательного для туризма625. В брошюре 1882 года власти